У нас завязывается непринужденная беседа, пока греется вода. Арин порхает по кухне, открывает шкафчики, холодильник и достает продукты. От моей помощи сразу отказывается, с ее красивого лица так и не сходит по-матерински счастливая улыбка. Я ни капельки не жалею, что уговорила Габриэля прилететь, потому что понимаю насколько это для Арин значимо и важно. Для него тоже, пусть он и не признается. Мы обе до сих пор пребываем под впечатлением от встречи.

— Ливия, ты когда-нибудь пробовала английские или ирландские завтраки? — интересуется женщина, ловко орудуя у плиты. На ней легкое цветастое платье, платиновые волосы завязаны в пучок — выглядит Арин молодо и свежо. Они с Габриэлем очень похожи внешне, почему же я тогда глупо повелась. «Потому что Лавлес умелый обманщик и разводила», — твердит противный голосок. Таракашки в голове активно копошатся, сравнивая каждую деталь. Конечно, у парня мужественные черты лица, но цвет глаз, нос и форма губ намекают на родственные узы. С улыбкой отвечаю, что не пробовала. Женщина увлеченно рассказывает о традиционных ирландских завтраках. Я несколько раз порываюсь ей помочь, но Арин усаживает меня на место настойчивым взглядом.

— Будешь помогать с ужином, сейчас — отдохни, — строго говорят мне, я лишь робко улыбаюсь, разглядывая небольшое помещение. Вот от кого у Габриэля диктаторские замашки, понятно, откуда ноги растут.

— Я купила этот дом пару лет назад, тут жила супружеская пара, — рассказывает женщина, параллельно суетясь у плиты, как истинная хозяйка. Поджаривает несколько сосисок с гарниром из фасоли и помидоров, черный пудинг (кровяная колбаса), бекон, жарит яичницу и фадж (картофельный хлеб). — Но они решили переехать ближе к детям, а я влюбилась в маленькую тихую деревушку и вид из окна. Габриэль… — упоминая в разговоре сына, Арин светится еще больше, словно не верит, что ее непослушное чадо сидит в гостиной. — Я приглашала его пару раз, но… Знаменитости очень занятые, — она разворачивается, одаривая улыбкой. Уверена, что Лавлес отказывался не только поэтому — он не был готов к встречи с матерью. Уж слишком натянутые у них отношения. Я лишь киваю, наблюдая за ее легкими, но точными движениями. — Позовешь Габриэля? Завтрак будет готов через пять минут.

Захожу в гостиную и прислоняюсь плечом к стене. Парень стоит возле камина и держит фоторамку в руке, но замечая, что не один, возвращает ее на прежнее место. Мысленно закатываю глаза, но внешне не подаю вида: он как ребенок.

— Арин зовет на завтрак.

— Вы с ней уже подружились? — Габриэль медленно прохаживается по помещению, останавливаясь у пианино. В голосе слышна издевательская ухмылка, на лице — ноль эмоций. Берет ноты и листает, слегка хмыкая, кладет на место и проводит пальцами по гладкой поверхности.