— Ты в школе?

— Да, — соврала Рената. Она прижала голову к груди Дениса, тот погладил её по волосам. Девушка приложила палец к губам, Денис кивнул. — Что случилось?

— Ничего. Не общайся с незнакомцами, если увидишь кого подозрительного. После занятий поезжай к тёте Ире. Лучше на такси.

Следующим он набрал номер Алисы. Девушка пообещала после каллиграфии отправиться к Кильманам.

— Папа утром дома был? — поинтересовался Тёма. — Они планировали куда-то поехать? Говорили тебе что-то?

— Когда я уходила, был дома. Они с мамой хотели уборку сделать. Наверное, не уезжали никуда.

Тёме позвонили по второй линии. Он распрощался с Алисой и ответил на звонок.

— Джо, ты чего трубку не брала? — затараторил он. — Ян с тобой?

— Я в магазин ходила, пока Ян ковры чистит. — Джоанна запнулась, огляделась по сторонам и понизила голос. — Что случилось?

— Беги к Ире. Не заходи домой.

— Чёрт! — взвизгнула Джоанна, увидев открытую нараспашку дверь квартиры, выключила телефон и сбежала вниз по лестнице. Из квартиры выбежал мужчина и понёсся вслед за ней. Между вторым и первым этажами Джо споткнулась и покатилась по ступенькам. У парадной её схватили за руки, зажали рот и затолкали в машину.

***

Когда Джоанну забрали в психбольницу, женщина быстро сообразила, что стоит применить на практике знания, как вести себя с врачами и санитарами. Девушка давала совершенно здоровые ответы на каждый вопрос врача, вела себя тихо, не буянила, не протестовала, надеясь вызвать расположение персонала. Она была уверена, что её лишь прокапают, дадут несколько безобидных лекарств, подержат сутки в изоляторе и выпустят на следующий день, так и не сумев поставить диагноз. Но врачам, по всей видимости, дали весьма специфические указания. Её ни на секунду не отстёгивали от кушетки, в качестве туалета подкладывали утку, кормили через трубку, били по лицу. Только тогда ей стало понятно, что не имеет значения, болен ты или здоров, красив или уродлив, богат или беден, ведь если даются указания ненавидеть тебя, люди найдут, за что, и они сделают всё, чтобы причинить тебе боль самым изощрённым и унизительным для тебя образом.

Кильманы прождали Джо у себя дома больше двух часов. Когда подоспел Тёма, Ира с Даней только и смогли развести руками.

— Может, стоит обзвонить полицейские участки? — предположил Артемий.

— Или психиатрические лечебницы, — подал идею Даниил. — Вас же туда грозились положить. Но может, всё-таки переступить через гордыню и позвонить Оле?

— Да, нужно звонить, — взмолилась Ира.

— Я не позволю вам пресмыкаться перед Хассан! — взвизгнул Артемий. — Лучше мы умрём в психушке, или в тюрьме, или под мостом рядом с бездомными, но унижаться перед этими толстосумами я не стану. У меня, в конце концов, есть гордость.