— Дамир? — позвала жена. Мужчина примчался к любимой через две секунды. Ольга рассказала ему про машину и открыла правду про конверт. — Что скажешь?

Грозный каирец испуганно взглянул на супругу.

— Тебя хотели отравить гирехритином?! Почему ты не сказала мне!

— Вряд ли это Дамир, — вступился Артемий. — Он не решает вопросы исподтишка. Когда он узнал о нашем поцелуе, он тут же набил мне морду. Вопрос был решён быстро и без разбитых кадиллаков. По-мужски.

— А теперь докажи, мерзавец, что это не ты, — взревел Хассан и набросился на подозреваемого.

— Ты избил Тёму? — завопила Оленька и уставилась на мужа. — Дамир, отпусти его! Отпусти немедленно! Ты правда избил Тёму?!

Восточный угнетатель высвободил проспиртованную тушку из огромных лап. Жертва упала на диван, чтобы отдышаться.

— А что я должен был сделать? Он это заслужил, — стал оправдываться Хассан. Пока Кравченко ещё мог говорить, он обратился к Оле:

— А как насчёт твоего отца?

— Прекрати. Я всё-таки его дочь. Папа не стал бы.

— Поди знай. Андрей Васильч — человек непредсказуемый. Яна с Джо упрятал в психушку…

— Замолчи, — взвизгнула Ольга. — Это не папа и всё! Скорее всего, это Джоанна. Ей заняться нечем, друзей у неё нет, вот и ссорит всех подряд; развлекается.

Клеменс подняла безразличные глаза на разгневанную еврейку. Тёма заступился за жену брата:

— Ты в своём уме? Джоанна изначально уговаривала меня помириться с вами. Она просила Иру в случае чего звонить Дамиру, чтобы их выпустили из лечебницы. Она ваш друг даже больше, чем я.

— Ладно. Извини, Джо, — опомнилась Оленька. — Давай подумаем, кому было выгодно нас поссорить?

Тёма продолжал выдвигать своего кандидата:

— Твоему отцу! У него мотив стопроцентный. А ещё это может быть Саша.

— Саша-то тут при чём? — всплеснула руками Суббота. — Лишь бы про кого-нибудь гадость сказать, только не про себя! Он наш друг, это некрасиво. Какой у него мог быть мотив?

— Не знаю. Зависть.

— Глупости. Мы знаем друг друга с семи лет, вы — с одиннадцати. Тоша в Таю влюблён, Али в Касю.