Минут пять или семь в комнате стояла пугающая тишина. Переглядывались. Шмыгали носами. Мяли онемевшие пальцы.

— Как считаешь, нам стоит оставить тебя в живых? — прямо спросил Дамир, и его решительно громкий голос ударил по ушам оглохших от молчания друзей. Антон в упор посмотрел на свою прекрасную Тейзис, та впилась взглядом в возлюбленного, и по её щекам полились слёзы. Юноша уверенно ответил: «Свою миссию я выполнил. Не убьёте вы — изведёт отец. Но если в моей жизни нет Таечки, мне не нужна такая жизнь. Вы не подпустите меня к ней и сделаете правильный выбор мудрого отца. Я готов принять смерть от ваших рук или провести остаток жизни в тюрьме, решать уже не мне. Теперь вы можете меня арестовать». Он поднял ладони к потолку, закрыл покрасневшие веки в ожидании приговора и рухнул без сознания на залитый кровью ковёр.

***

Врач долго не выходил из палаты. К пациенту не пускали. Таечка вышагивала вдоль коридора, крутилась у двери и не переставала молиться. Спокойная англичанка наблюдала за несчастной девушкой и отвлекала её от скорби разговорами:

— Что будем делать с нашей мафией?

Тейзис прекратила носиться туда-сюда и бросила Джоанне в ответ:

— Папа всегда говорит, что, если враг разоблачён, он уже наполовину уничтожен. Тётя Джо, ну тётя Джо, а если он на всю жизнь таким останется?

— Не мельтеши. Встанет на ноги твой сектант; любовь его поднимет с койки. Но полезно иметь запасной план. Что будешь делать, если он вдруг не выкарабкается?

— Мне будет бесконечно жаль. Наверное, вырыдаю все слёзы на десять лет вперёд. Но я справлюсь. Я больше переживаю, что делать, если он выживет. Он любит меня до безумия. И ждёт ответной любви. Я боюсь. Это ведь навсегда. Я не готова. — Тейзис вздохнула, но не так, как обычно, а по-особенному, горько, шумно, без тени раздражения и насмешки. — А если мне только кажется, что я влюблена? Если я разочаруюсь в нём через неделю? Я сломаю его. Лучше бы он никогда меня не знал.

— Ты дура? — округлила глаза Джо. — Женщина не обязана отвечать любовью в первый же год отношений. Начни с искренней благодарности, а там видно будет.

— Что вы несёте, — встрепенулась Тейзис. — Если любовь существует, то это чувство взаимное. Как у мамы с папой. Если любовь, то только такая!

Джоанна цинично ухмыльнулась и опустила глаза в пол.

— Твоя мама, — прошептала она, — при всём уважении, полюбила своего мужа, только когда вспомнила историю их знакомства. А до того она лишь благодарила его за бескорыстную и, прямо скажем, безответную любовь. Обычное дело.

Тейзис не унималась: