В одном мгновение мы превратились в самых востребованных людей этого общества. Нас обступали, к нам хотели прикоснуться, нас хотели обнять. Все лица мелькали, все глаза нарочито сверкали; все губы – яркие и бесцветные, тонкие и полные – что-то гомонили. А Эйф ловко от них отбивался, в то время как я пыталась сохранять присутствие духа. Поражало то, как просто они бросались к новому кумиру, если только боготворило его все общество. Не быть мне метрополийской леди, ибо от роя лиц бросало в тошноту.

Через несколько минут столпотворение начинало рассеиваться, и мы оба почти вздохнули спокойно. капитан с особым очарованием отделался от последней, казалось, особи женского пола, но в нашу сторону шагала еще одна пара: высокая худощавая женщина с угловато-серым лицом и комитетник сектора Фрунзе.

77

77

Я знала его. Этот высокий мужчина, с глазами мрачными и суровыми, но лицом немыслимой выправки, когда-то давно с особым умением преподнес мне комплимент, задурив голову, пустив пыль, – и сразу схватил за руку, за самую хрупкую ее часть, как будто инстинктивно знал, что именно причинит мне физическую боль. Хватка ищейки едва не стоила мне и моим напарникам жизни. Он был опасен. Он настораживал. В его мозгу зрели действия вполне осуществимые. Его непредсказуемость заставляла быть начеку каждую минуту.

Направляясь к нам, они оба улыбались. И будь я простой девчонкой с улицы, нанятой для одного лишь дела, – даже и не задумалась бы о той парящей над нашими головами угрозе. Женщина, его сопровождающая, отличалась особой худобой и какой-то житейской измученностью. Кто они? Любовники? Напарники? Люди, вдруг сошедшиеся ради правого дела? Они казались слишком разными для создания союза, и все же некая едва заметная нить их объединяла. В ту секунду мне страстно жаждалось узнать, какая именно.

– Herzliche willkommen, meine Liebe Freunde, – с парящей легкостью произнес он.

– Guten Abend, Partner, – спокойно отвечал капитан.

– Gefällen Ihnen der Zeremonie? Meine Frau denkt daß die sehr langweilig ist.

– Meine Braut verstehet Deutch nicht. Das ist zweckdienlich unsere Sprache zu ausnutzen.

– Ja, ja, natürlich, – глядя на меня, обворожительно улыбался комитетник. – Прекрасная фрау, – он вдруг взял мою ладонь в свои руки и с нежностью поцеловал. – Как славно, что наш капитан, наконец, превращается в человека. Где же вы познакомились? – он все не отрывал от меня глаз, вцепившись, как шакал.

Я натянула на себя самую очаровательную улыбку и аккуратно высвободилась из его настойчивых рук.