Не выдержав зрелища этих бесцветных глаз, я несколько раз моргнула. Что же сотворил со мной Комитет?.. Нервы уже не те, дрожат пальцы и поджилки, слезы льются каждый раз, едва завижу неладное; и что же ждет меня дальше? Минувшие пытки – лишь миг, но вскоре и он даст о себе знать, превратив меня в рабу. Нет, дух свободы им не покорить! Только не тот дух, что теперь горит пламенем в моем сердце!

– Идем со мной, – тихо произнесла я.

Мария оглянулась на мать, и в сердце моем кольнуло что-то неясное.

– С ней все будет в порядке. Мы ненадолго, – попыталась утешить сестру.

95

95

В доме Артура и Сфорцы царил траур: несколько дней назад они потеряли Али. Малышка Ми еще держалась, но, глядя на ее иссушенное тельце, становилось ясно, что и она долго не протянет. Я обняла Вита, Артура, попыталась поддержать Сфорцу, но все они, кроме старшего сына, отнеслись к тому почти равнодушно. На лицах их читалась отстраненность – та же, что и на лике тетки. Чем бы это ни было, благодаря лишь этому они еще держались, продолжали жить, быть может, являлись чьей-то поддержкой. Ах, Киану, где же ты? Что сталось с тобой? Жив ли ты? Эйф, неужели и ты, как и все они до тебя, оставишь меня одну в этом жестоком, беспросветном мире?

Нет, нет, я не стану думать об этом сейчас. Меня охватывает истерия, хочется биться в конвульсиях, но нарочитый жест Вита выводит из прострации.

– Что это? – он указывает на шею и лоб, где по-прежнему остались следы пыток сигаретами – единственное, что можно рассмотреть на почти закрытом костюмом теле.

– Ударилась, – отбрасываю его руку. – У вас есть еда?

Он поджал губы, покачал головой.

– Тебя так долго не было… Сколько? Полгода? Нет, месяца четыре, наверное.

– Прекрати, Вит, – не выдержала я, опустив голову.

– На кого ты стала похожа? – шепчет он. – Ходячий скелет…

Он рассматривал меня, точно был способен видеть сквозь одежду, будто действительно видел каждый мой шрам, каждую рану и, самое главное, – рану сердца. Подлый маленький ублюдок! Как можно в семнадцать или шестнадцать – сколько там ему?! – мыслить столь глубоко?

– Нужно вывести своих. Нужно выводить отсюда людей. Где Сет?

– Его больше нет, Кая.

– О чем ты? – изумилась.