– Их расстреляли возле тюрьмы, а тела свалил в кучу. Там стояли стражи, чтобы никто и близко не подходил. Но слухи разнеслись быстро.
– Это геноцид!
– Что? Что это такое?
Бедный мой Вит… Необразованность, незнание собственной истории играло с ним злую, отвратительную шутку.
– Прежде, чем его схватили, Сет успел кое-что передать моему отцу. Он сказал, за горой – той, куда ты обычно ходишь – есть старые шахты или катакомбы – черт его знает… Они ведут на территорию Ас-Славии…
– Нет, Вит, это ловушка. Рядом болота, их испарения ядовиты. Не веришь мне – пойди и найди тело двенадцатилетней девочки с длинной косой.
Он скривился, готовый заплакать, очевидно, слишком больно задетый смертью очередного ребенка.
– Не только она – целые группы людей, – продолжала я. – Ее отец также верил, что это путь ко спасению. Но у этого пути один конец. – Я смотрела на лицо дорогого друга, на то, как скоро сменялись на обесцвеченном лике едва заметные краски жизни, и чувствовала еще большую боль, что возвращалась каждый раз, едва сама позволяла дать осечку. – Я знаю иной путь. Но мне нужна твоя помощь, Вит. Ты должен мне помочь.
Нарочито страстный шепот привлек внимание Сфорцы. Она спокойно, почти безэмоционально глянула в нашу сторону, – такая жалкая, такая обездоленная. Мать семейства, еще одна женщина Белой Земли, та, кто в историческом прошлом тушила пожары, скакала на лошади и не устрашилась бы ни бога, ни черта.
Он глянул на меня, полный решимости противостоять всему возможному, всему, что порабощало его и его семью все его недолгое иснование.
Я наклонилась к нему, взяв руку в свою ладонь – до чего ж она оказалась холодна! – и негромко заговорила.
– Первое, что должно быть важно, – Мария, – он перевел взгляд на девушку, сидевшую на лавке в грязных лохмотьях. – Меня рядом не будет, но должен быть кто-то, в ком я уверена, как в самой себе. Кто решится и вытолкнет ее из пекла, это ты понимаешь? За нее в ответе только ты, – его глаза давали негласный ответ. – Помнишь место, куда я всегда уходила?
– Граница?
– Да.
– Я не стану туда соваться.
– Прекрати, Вит. Правительство давно уже наплевало на свои же установленные правила. Пора и нам кое-чему от него поучиться. Чего ты хочешь – жить или умереть? Умереть слишком просто, Вит; борцы же обретут желаемое. Не смотри на меня так, я всю жизнь жила в страхе, но теперь я больше не боюсь. Им больше меня не запугать. Вы с Марией – все то немногое, что у меня осталось. Им до вас не добраться. Мы спасемся. Ты знаешь, куда идти. Столько лет ты все это видел. Там, за лесом, – каменная изгородь. Вы должны перелезть через нее и идти на юг, вдоль, точно по линии; идти столько, сколько нужно, не останавливаясь, – я запнулась лишь на секунду, внутренне убеждаясь в правильности сделанного выбора. – В гор