— Я не могу, — чуть громче протягиваю, и та предупреждающе зыркает на меня. — Мой сын…я не могу его подвести.

Отвлекается ненадолго, убедившись, наш разговор не всколыхнул волну недовольства в виде продолжительного плача ребенка и повернулась обратно, заговорив:

— Понимаешь в чем загвоздка, когда дело доходит до детей, они вроде как играют значимую роль, но все равно сереют на фоне разногласий между их родителями. — Настя печально пожимает плечами, подминает под себя ноги, сев по-турецки. Вся ее поза так неестественна. — Ввиду этого я безоговорочно приняла решение уехать отсюда, избавиться от того, что может принести куда хуже последствия.

— Что ты имеешь в виду?

— Вадик… Я поняла, что он не мой человек. Он — не тот, с кем мне суждено прожить свое «долго и счастливо», ведь его отрицательные стороны все чаще и чаще мешают мириться с этим. Надоело мне это гонение, Кать.

— А как же Макар?

Глаза падают на колыбельку. Ребенку от роду полгода и вряд ли он будет помнить своего непутевого отца.

— Поедет со мной. Мои родители…

Клянусь, я увидела, как искры показались между зубов.

— Они помогут пристроить на время у их знакомого. Это не тот город, в котором я хочу себя видеть. Возможно, преподавание в Чикагском университете поможет найти себя.

— Ты улетаешь в Америку?! — Взвизгиваю и стучу себя по губам. Осознание о расстоянии, которым выстроятся не только их дороги, но и наши, раскачивают наши качели дружбы. — Насть… — Мой жалобный вид становится еще глупее. — Ты оставляешь нас. Мы же окончательно потеряем связь друг с другом.

— Я знаю.

Она хватает мои руки и успокаивающе трет так, как делала это раньше, когда я пыталась справляться со своей агрессией самобытно. Меня трясет от усилившихся эмоций. Как так вышло, что все, кто мне дороги потихоньку начинают теряться в мире? Это больно. Я не была готова к этому. Да судьба и не дает время на разогрев.

— Я знаю, Зуенок. Мне противно от себя, что я вас оставляю одних здесь. Не должно все так получится, но…

Кажется, я догадываюсь что стало причиной ее отъезда. Не может быть. Я слышала, что ее родители искусно умеют уговаривать партнеров или конкурентов, используя технику теневого вымогательства, и даже представить не могла, какое консервативное влияние они оказывали на мою подругу. Учитывая, что она старательно избегала их на протяжении двух лет отношений со своим мужем (на заметку, он гражданский муж), в которых ей пришлось стать той, кто производит отвращение своим образом жизни для богатых родителей.

— Они поставили тебе ультиматум, — выдыхаю и хватаюсь за голову.