Мы отрываемся друг от друга, когда воздуха в легких не остается. Касаюсь ее тоненькой шеи, глажу и еще раз оставляю на распухших губах кроткий пылающий поцелуй. Обожаю вкус того, когда она сильнее распаляется от простых поцелуев. Голубые глаза девушки затуманиваются страстью, а запах ее мускуса проникает во внутрь меня, кажется, оставляет везде свои следы от лапок.

— Почему ты не отвечала на мои звонки? — Мои слова воскрешают ту же грусть, что увидел ее несколькими минутами ранее. — Что случилось, детка?

Но она ничего не отвечает, при этом отстраняется, тянет меня за руку, и я смиренно повинуюсь ей. Закрываю дверь, снимаю пальто и обувь и плетусь туда, куда она исчезла, замерев в дверном проеме. Во мне зарождается какое-то ощущение, будто в другую реальность попадаю, где мне не место. Качаю головой. Конечно, я не буду здесь чувствовать себя в своей тарелке, ведь это их квартира, их территория. Так вот что испытывала Катя во время ее визитов к нам? Это как лишняя деталь в конструкторе.

— Садись, — мягко просит и хлопает рукой по месту рядом с собой.

Сжимаю несильно руки в кулаки, прохожу вперед не смело. Как только я сажусь рядом с ней, ее прежняя отстраненность подстегивает меня заволноваться. Так и хочется взять ее за плечи, потрясти, чтобы она уже, наконец, сказала, но я упорно жду. Я всегда ее жду.

— Мой муж узнал о нас, — на одном дыхании проговаривает и ее уголки искажают прекрасное молодое лицо.

Костяшки побелели от давления. Я знал, неминуемо мы встретимся с трудностями нашей тайны, но я не предполагал, что это будет так скоро. Девушка моргнула пару раз, и внутренности скрутило в тугой узел от склизкой горечи, я не добивался того, чтобы видеть в ее зрачках тоску и попытки слез вырваться наружу. Черт. Она должна была улыбаться. Но не теперь.

— Мы вчера утром с ним поругались, и он дал понять, что готов подать на развод.

Именно в этой ситуации, я не знал, что сказать. Сожаление вряд ли сыграет нам на руку. Это покажется оскорблением относительно всего, что нас связывает.

Я притянул ее к себе. Ее голова расположилась на моей груди, пальчиками ухватилась за пиджак, а мои руки умиротворяюще гладили ее волосам. Тишина давила на голову, нисколько не разъедая вдруг появившееся дурное предчувствие.

— Что ты будешь делать? — просипел и втянул воздух носом. Не трудно было догадаться, почему Катюша была поглощена грустью: если ее родители отказались от нее в пять лет, то она не хотела, чтобы ее сын считал точно также. Развод родителей тоже имеют последствия, когда встаешь перед выбор: за кого ты именно?