— Поверь, меня тоже. И вряд ли она бы стала верить тому, что мы с тобой счастливы. Она ребенок, но она видит многое, чего мы с тобой никогда не заметим. — В последнее время Варя часто стала делать нам с мамой какие-то несущественные мини-подарки, будто, таким образом, она помогала нам вернуть нашу любовь. Ирония в том, что ее никогда не было. — Мы должны развестись. Ты сможешь найти того, кого полюбишь по-настоящему.

— Как ты свою воспитательницу? — хмыкнула она и оттолкнулась от полки, медленно направляясь ко мне. Без своих каблуков, с ростом полуторки, она все равно казалась хищной, лицемерной и важной, с точностью норка, лоснящаяся при лучах солнца.

Кадык дернулся. Я постарался спрятать возникшие тревожные эмоции за маской, пожалуй, этого было мало для нее, потому что Женя расплылась в дьявольской усмешке.

— О, брось, ты думал я об этом не узнаю, — кокетливо поддела меня. — Что ж, спешу огорчить. У меня везде есть глаза. Как ты мог до такого дойти, Сема?

— Ни тебе меня учить, что правильно, а что карается законом. Ты сама изменяла мне со своими многими ухажерами, — выплевываю дикую правду, вряд ли имеющая параллель.

— Было. Но я исправилась и поняла, как ты мне дорог. — Ложь, ложь и ложь. Дорожить кем-то не имеет ничего общего с изменами. Я терпел ради дочери, ради сохранения семьи. И с меня достаточно! — А с ней…ты подвергаешь опасности нашу дочь и себя. По ней же видно, что она тобою пользуется. Как же жаль ее мужа.

— Ты ее не знаешь! — сквозь зубы цежу. Тыкаю в нее пальцем, сокращая последние сантиметры между нами. Мы замираем друг напротив друга. — Ты не имеешь ни капли схожести с ней, потому что ты не стараешься быть хорошей женой и любимой женщиной.

— Не правда! Я делала для вас все, чтобы вы ни в чем не нуждались.

— Например, что? По утрам у тебя просыпалось неожиданное желание порадовать нас завтраком, пусть и плохо пахнущим? Гуляла ли ты с нами на набережной, каталась ли с нами на аттракционах, ездила ли в зоопарки? Была ли ты готова тратить все свое время только на ребенка, не пренебрегая своими женскими заботами? — Губы Жени белеют. — Нет. А нам просто не хватало твоей любви.

Фыркает и на палец накручивает прядку волос.

— Ну Варюша меня любит…

— Это не одно и то же, Женя.

Жена игнорирует меня и все, что как бы не старался делать я или наша дочь.

— Давай признаем тот факт, что родитель из тебя туча хренова. Посмотри, тебя волнует ты и только ты… Ты не желаешь брать ответственность, и вряд ли справишься один час с четырехлетним ребенком, которому нужна мать, а не наличие графы в свидетельстве рождения.