Прежде чем вернуться в Милан, мы остановились на пару дней у Лорина Майера. Мои два самых близких друга сумели найти общий язык, говоря на невообразимой их смеси, подбирая каждое слово, пока в глазах собеседника не забрезжит понимание. Я предоставила их самим себе, взволнованных и разочарованных, чувствуя себя в их компании как дома. В самолете я стала размышлять, где у меня дом: прекрасная вилла в Меране, где мы с Грасой жили вместе с моей сестрой, старый Gasthaus в Оберфальце, где жил управляющий, дом Лорина Майера с мебелью матери, квартира Грасы в Гринвич-Виллидж, где мы жили вместе, или моя квартира под апартаментами Джима в небоскребе Митчела?

В Нью-Йорке я только сильнее разволновалась. Джим всегда был слишком занят, по словам его секретарши, которая звонила мне, чтобы отменить наши еженедельные встречи. Вместе с моей поездкой и этими отменами прошло почти два месяца, как я его не видела. Отмена ни с того ни с сего светских выходов, избавление от нашего общего календаря событий было неправдоподобным, меня не обманешь. Я гадала, как долго он будет меня избегать. Может, уже готовил бумаги о разводе «по обоюдному согласию». Меня мучила бессонница, и я оставалась ночевать у Грасы.

Я сказала себе, что не смогу принять еще одну унизительную встречу, но Граса возразила, что у меня нет прав считать это унижением, ведь я сама на такое согласилась.

Однажды во вторник моя секретарша соединила меня с секретаршей Джима.

Я чуть-чуть помедлила, прежде чем поздороваться, настраиваясь на самый беззаботный тон:

– Здравствуйте, Джин. Не извиняйтесь за отмену встречи. Я-то знаю, как он занят.

– Ой, нет, миссис Митчел, – его персоналу я позволяла себя так называть, – ничего подобного. Нет, он, конечно, занят…

Она была необычно взволнована. И, немного помолчав, выпалила:

– Я звоню, чтобы пригласить вас сопровождать его в деловой поездке.

Я вздохнула и взяла в руки ежедневник.

– Когда?

– Завтра.

– Завтра?

Я уронила ручку. К счастью, она не видела ужаса на моем лице.

– Да. У него встреча в Германии. Дело деликатное. Необходим переводчик, которому можно доверять.

Я не видела в этой просьбе никакого смысла. Я не получала от него ни строчки почти три месяца после короткой записки: он надеялся, что мне понравилась поездка. Записка была приложена к букету красных роз – красных! Ma chère, какая наглость! – ждавших меня по возвращении из Италии.

А теперь командует: срочно, как же, сейчас кинулась.

– У меня скопилось много дел, – сухо сказала я. – Я только что вернулась из поездки.

– Извините, миссис Митчел, но он не стал бы настаивать на вашем присутствии, не будь это крайне важно. Так он сказал.