– Слова моего дружка, – не сдержался Хантер.

Я бросил на него сердитый взгляд. Он сделал вид, будто пальцами застегивает рот на молнию и выбрасывает ключ в дальний конец комнаты.

– Прости. Надо было закрыть гештальт. Я закончил.

Если серьезно, я знал, что еще полгода назад не употребил бы это слово. У меня не возникало необходимости использовать ненормативную лексику, но как иначе я мог велеть своей жене, чтобы она села киской мне на лицо? Скакала на моем члене? Нагнулась и дала мне перевязать ее задницу веревкой?

Называть то, что было у нее между ног, влагалищем, я бы и сам не стал. Я же не гинеколог. Мне незачем называть киску как-то иначе, кроме как киской.

– Так или иначе, суть в том, что ты говоришь, будто невосприимчив к чувствам, а я говорю, что это чушь собачья, – Хантер рассмеялся.

– Я не невосприимчив к чувствам, – возразил я. – Я испытываю два: удовольствие и боль.

– Киска твой жены дарит тебе удовольствие, – добавил Дэвон, который на этот вечер взял на себя роль Капитана Очевидность. – Но когда ты в последний раз испытывал боль?

– Испытает очень скоро, когда Перси наконец поймет, что вышла замуж за робота и пошлет его куда подальше. – Хантер усмехнулся и бросил карты в центр стола. – Я пас.

– Килл, – Сэм закурил сигарету, – мне нужно переговорить с тобой наедине.

– Как раз вовремя. Игра окончена. – Я бросил карты на стол.

– Мы только начали. – Нахмурился Дэвон. – У меня хорошие карты на руках.

– А мои руки вот-вот свернут тебе шею, если не уберешься отсюда. – Я вежливо улыбнулся. Хантер с Дэвоном ушли. Теперь осталось отделаться от Сэма, и я смогу отправиться в постель к жене.

– Что такое? – Я откинулся на спинку кресла.

– Речь об Эндрю Эрроусмите.

Я вызвал адвоката, как только услышал об этой тяжбе, устроил юридическую проверку «Зеленой жизни», потрудился появляться на благотворительных мероприятиях под руку с женой и выписывать некоммерческим организациям чеки на крупные суммы.

А еще щедро заплатил местным СМИ, чтобы они обнародовали не слишком лестные материалы об Эндрю, убедил потенциальных благотворителей не инвестировать в «Зеленую жизнь» и изо всех сил постарался перекрыть финансовые потоки компании Эндрю.

Я сделал все согласно всем правилам до даты судебного заседания, которое было назначено на двадцать третье сентября, и до которого оставалась еще пара месяцев, но знал, что на стороне Эрроусмита были веские аргументы и расположение общественности.

Видимо, использование одного из самых хрупких природных ресурсов в качестве выгребной ямы, вызывало серьезное общественное неодобрение.