– Около двух месяцев, – буркнула я, впуская ее в квартиру.

– Боже, до чего я люблю это место!

Она швырнула пакет на диван и плюхнулась следом.

Уже очень давно я не видела Кэтрин в таком разобранном и экзальтированном состоянии. Она редко хватала лишку, предпочитая держать себя в руках. Еще реже она напивалась настолько.

– Где твоя сумочка? – спросила я.

– К ЧЕРТУ сумки, обойдусь без них! Мы всю жизнь только и таскаем вещи. Мы, женщины. Ты знала? А нам они не нужны!

– Где дети?

– Пф-ф, – выдохнула она, откидывая голову на спинку дивана. – С Марком.

– А он… справится?

Я тут же поняла, насколько нелепо прозвучал мой вопрос.

– Конечно, справится, он их чертов отец, а не брат-подросток. Хотя сразу и не скажешь. – Кэтрин достала из бряцающего нутра пакета две банки джина с тоником, бросила одну мне, а сама открыла другую и сделала глоток. – Знаешь, когда Оливии исполнился год – ГОД, – я впервые отлучилась из дома на девичник к подруге. Марк так боялся оставаться с ней один, что пришлось написать ему длиннющую инструкцию о том, как справиться с собственной дочерью, будто она новый айфон. За весь вечер он мне ни разу не позвонил, и я так обрадовалась: значит, все прошло хорошо. А на следующий день узнала, что он нанял няню.

– Он куда-то уходил?

– Не-а. Просто сидел в соседней комнате и смотрел «Вопросы спорта». – Кэтрин запрокинула голову, чтобы отпить из банки, и содержимое вылилось ей на подбородок. Она утерлась рукавом блузки, не чувствуя собственной неловкости. Развалившись на диване, она раскинула ноги, насколько позволяли обтягивающие джинсы. – У тебя есть травка?

– Нет, конечно.

– Давай купим! Давай возьмем травки!

– Кэтрин, в прошлый раз, когда мы с тобой «взяли» травку, нас обеих стошнило. Мы не тусовщицы и никогда ими не будем.

– Говори за себя, маэстро! – крикнула она. Маэстро? – Ладно, тогда идем танцевать.

Она решительно встала и вышла из комнаты. Я не знала, как на это реагировать. Кэтрин явно была слишком пьяна, чтобы вести с ней осмысленный разговор о нашей дружбе, и все же нерешенный спор камнем висел на мне и мешал как ни в чем не бывало идти развлекаться.

Я последовала за ней в спальню.

– Ненавижу свою чертову одежду, – заявила Кэтрин, стоя перед зеркалом. – Я вечно выгляжу как школьная секретарша, которой скоро на пенсию. Одолжишь что-нибудь из своего?