Прохладный воздух немного отрезвляет, но нисколько не останавливает меня. Эмоции просто захлестывают, бурлят как цунами, которое вот-вот обрушится. И не могу себя успокоить никак. Меня несет.

– Катя, – Вова настигает меня.

Берет за руку, но я вырываюсь.

– Не трогай меня, – всхлипываю.

Вова вновь подается ко мне.

– Это не то, что ты подумала, – начинает он.

А я не могу остановиться. Меня захлестывают такие чувства и эмоции, которые лавиной могут снести все здравомыслие. Я стараюсь дышать, но не могу.

Чего я ожидала? Между нами такая пропасть. Для него нормально менять подобных мне как перчатки. Кто я для него? Никто! Со мной можно поиграться и выкинуть.

Горечь разливается по телу, травит кровь. Я не могу смотреть на Вову и в то же время желаю, чтобы он меня просто обнял. Утешил и все объяснил.

Только он не спешит.

– Да, конечно. Все не то, что я думаю, – говорю отрывисто и зло. – Только этим и занимаюсь.

Оттолкнув его, разворачиваюсь и иду к машинам. Знаю, что Стас еще где-то здесь. Пусть отвезет меня домой. Не хочу видеть никого.

И вновь боль простреливает низ живота. Я со стоном хватаюсь за него.

Крепкие руки подхватывают меня.

– Катя, я вызову “скорую”, – говорит Вова надо мной. – Давай в дом.

– Нет, – я слабо вырываюсь. – Я не хочу в этот дом!

Ну, чего же ты малыш? Успокойся. Все же будет хорошо.

Вова что-то набирает на телефоне.

– Что уже случилось? – слышится раздраженный голос Виктора.

– Кате плохо.