Не реагирую, пока в диалог не врезается жесткий голос Егора:

— Ты гнался за ней, вылил мед и прочее.

В то время как мое нутро сотрясает от радости, мелкий физически дергается. Крутанув головой, смотрит на брата, как на предателя.

— Потому что она угроза. Чуть не сожгла нам дом. И явилась сюда, чтобы завершить начатое. Может, эпизод с платьем — никакая не случайность. Пироманка, — цедит, свирепо трамбуя согласные.

— Вовсе нет! — горячо возражаю я. Скрестив взгляды с Боди-уроди, искренне жалею, что между нами находится Егор, и нет возможности ему врезать. У него, как раз, тоже башка мокрая. За патлы можно хорошенько оттаскать. — Все это как раз не более чем дурацкая случайность!

— Как же! Ты не раз грызлась с Егором!

— Рот свой закрой, — рычит тот самый Егор.

Я же куда более эмоционально расхожусь:

— Это вообще не твое дело! Свои собаки грызутся, чужая не приставай!

— Вот именно, что чужая тут только ты! — загоняет мелкий паскудник.

— Богдан! — восклицает МА.

— Хватит! — присаживает Роман Константинович. И мы все замолкаем. — Вместо того, чтобы продолжать себя закапывать, — говорит он младшенькому, — извинился бы перед девушкой.

— Это рекомендация? — прощупывает мелкий гад.

— Приказ.

— Ок, — выдает, не моргая. Снова поворачиваясь ко мне, издевательски отвешивает: — Тогда звиняйте.

— Нормально, Богдан, — дожимает РКН, явно теряя терпение.

— Извини!

Я не реагирую. Хотя язык так и чешется! И вовсе не из-за висящих на его кончике слов о прощении… Так что затягивается небольшая пауза, во время которой мы с мелким ненавидим друг друга исключительно взглядами.

И после которой Роман Константинович подводит итог.

— С Богданом так или иначе будет еще один, отдельный разговор. С глазу на глаз. — Тут-то уродец и напрягается. Напрягается, словно перед грядущей экзекуцией, как ни пытается это скрывать. Видимо, основная дрессировка молодняка так и происходит — наедине. Не успеваю додумать мысль, как вожак стаи сосредотачивает свой взгляд на мне. — Я лично приношу извинения за все, что здесь произошло. В том числе за прозвучавшие сейчас нападки. Я понимаю, вы все горячие. Но это не уровень моего дома. И не уровень моих сыновей. Будем рихтовать. — А я смотрю на него и понимаю, что у такого отца сама бы поучилась. Во всяком случае, очень хочется быть хоть немного похожей на него. Производить столь же мощное впечатление. — Сейчас все свободны. Идите догуливайте. Только без дури.