– Я всего лишь принес одежду, – раздался позади удивленный голос. Я обернулась, Хорхе топтался около двери, неуверенно глядя на меня.

– Извини.

– Ар сказал, что футболка и штаны сойдут на первое время, – проговорил парень, опуская аккуратную стопку на кровать. Тайфун позаботился о том, чтобы я не расхаживала полуголой? Я удивлена или не особо? Не скажу, что его забота не трогала. Особенно учитывая его состояние. – То, что было в твоей сумке, немного испачкано, я отдал все в стирку.

– Спасибо, – кивнула я, снова возвращая взгляд на море. Оно успокаивало.

Ковролин зашуршал под легкими шагами Хорхе, он оказался на балконе, опустился на соседнее плетеное кресло. Взгляд карих глаз уперся в мой профиль, густые брови нахмурились, сведясь к переносице.

– Никогда не видел тебя такой, – выдал он после долгого молчания.

– Какой? – Я выпустила дым в воздух, по телу разливалось безразличие, очищая разум от мыслей и чувств.

– Тихой.

– Наверное, не все еще осознала, – пожала плечами я. Хорхе усмехнулся.

– Но послать брата ты успела.

– Говорят, друзья и близкие в сложные моменты проверяются на прочность.

– Я рад, что ты все-таки друг, красотка, – улыбнулся Хорхе, легко коснувшись моего плеча, – и я очень рад, что ты в порядке.

– Ты не думаешь, что из-за меня Аарон в таком состоянии? – резко спросила я. Не искала своей вины, потому что я и не виновата, но интересно было узнать, сколько в доме придурков, чье мнение совпадало с мнением сестры.

– Ты не виновата в том, что босс не взял никого с собой, – слишком серьезно для себя заявил парень, забирая истлевшую сигарету из моих пальцев и затягиваясь. – И ты не виновата в том, что какой-то придурок решил убивать людей. Пусть за деньги, пусть за власть. Ты не виновата, что случайно оказываешься рядом. Сама ведь знаешь, что это за мир. Главное, что вы оба живы, – ободряюще улыбнулся Хорхе, вернув мне сигарету. И он, чужой для меня человек, сказал больше приятных вещей, чем близкие.

– Спасибо, – улыбнулась я в ответ, не чувствуя ни одного укола злости из-за моей слабости.

– И Ар никогда бы не стал тебя винить, – добавил он, – ему не особо нравится этот мир, он ведь вернулся всего пару месяцев назад, когда отец ушел, до этого хотел связать жизнь с полицией и расследовать сама знаешь какое дело, но, несмотря ни на что, он бы не указал на тебя.

– Доктор был? – я живо перевела тему, почему-то не хотелось снова вспоминать то, из-за чего мы здесь оказались.

– Ничего серьезного, быстро заживет, скоро снова сможет начищать лица идиотам, – в привычной манере усмехнулся Хорхе. – Нужно будет только менять повязки и проверять заживление, врач будет приходить раз в три дня. Я и сам справлюсь с бинтами, но иногда меня может не быть, Мария отказалась, не могла бы ты?.. – Я вздрогнула, вспоминая вид крови на руках, прикрыла глаза, глубоко вздохнула, затем выдохнула.

– Конечно. – Если я не сделаю, то никто не сделает.

– Никогда не сомневался в тебе, красотка. – Он кокетливо подмигнул, поднимаясь с кресла. – Оставлю тебя, одежда на кровати. У Тайфуна сейчас никого нет, – как бы невзначай проговорил парень, – ему сказали поспать, но я знаю, что гад рассматривает одно важное дело.

Я дождалась, пока Хорхе покинет комнату, затем спешно поднялась, скинула халат, тут же натягивая огромную белую футболку и черные спортивные штаны на завязках. Метнулась к зеркалу, оценивая внешний вид. Вполне приемлемо, и даже через ткань ничего не просвечивало. Почти. Он специально, да? Ладно, и на том спасибо. Лучше, чем халат на голое тело.

Затем тихо подкралась к двери, прислушиваясь к звукам в коридоре, аккуратно выглянула в пустующий холл. Видимо, все разбрелись после визита доктора. Для меня, пожалуй, это лучшая новость за долгое время.

Я тихо переставляла ноги, быстрым шагом направляясь к комнате, где видела его последний раз, и надеясь не встретить там Марию.

Честно, я даже не знала, зачем шла к нему. Что хотела спросить? Что сказать? Просто посмотреть и уйти? Смешно. Вряд ли он мог сказать что-то важное по делу после произошедшего и после количества обезболивающего в крови, но ноги все равно несли к двери в другом конце коридора.

Пальцы замерли в нескольких миллиметрах от белой поверхности, захотелось развернуться и уйти. Меня ведь просила Мария, уговаривал Матиас – оба хотели, чтобы я не лезла ни в какие дела с ним. Но я делала именно это, поэтому тихо постучала, где-то в глубине души надеясь, что он не отзовется.

– Войдите, – раздалось тихое с той стороны. Слишком тихое. Я приоткрыла дверь, неуверенно заглянула внутрь. Гонсалес лежал в том же положении, что и до этого, только теперь в здоровой руке покоились листы бумаги.

– Ты ненормальный, – вырвалось быстрее, чем я успела подумать. Он отложил папку в сторону, на бледных губах нарисовалась усталая усмешка. – Выглядишь не очень. Точно все в порядке?

– В относительном, но да. – Тайфун легко похлопал по соседней половине кровати: – Не бойся, я не кусаюсь. И на твою добродетель покушаться не буду, состояние не то.

– Тебя знатно накачали, да? – проговорила я, покачав головой, и все же опустилась рядом.

– Знатно, – согласился мужчина, – но я все еще в трезвом уме.

– Здорово, а то я думала, ты ударился головой при падении, иначе с чего бы выдал мне такую футболку.

– Ммм… пусть не смотрят туда, куда не нужно. – Мы синхронно повернули головы друг к другу, тихо рассмеялись, словно прячущиеся от родителей школьники. Может быть, мы такими и остались? – Меня все устраивает, даже нравится. – Наглый, откровенный взгляд остановился на уровне груди, и я была уверена, что сейчас сквозь ткань просвечивали соски. И почему-то я, смутившись, отвела взгляд.

– И куда делась вся твоя праведность? Мария будет в шоке.

– Она уже в ужасе, – непривычно мягко заметил Тайфун, а меня что-то укололо внутри. Мария не могла не очаровывать, не могла оставить кого-то равнодушным. Особенно такого человека, как Аарон. И вроде бы этому не нужно удивляться, оно сложилось само по себе, так, как нужно, но чувство одиночества в этот момент захлестнуло еще сильнее. Хотя пора было и привыкнуть к тому, что Марию всегда защищали от меня.

– Хорхе сказал, что ты будешь иногда менять мне повязки, – будничным тоном продолжил Тайфун, нащупал мои пальцы на кровати и легко их коснулся. – Это не обязательно, я знаю, что кровь тебе не особо нравится.

– Она мало кому нравится, мы же не комары, – хмыкнула я, отодвинув свою руку от его, но он поймал меня, останавливая и вынуждая взглянуть на него.

– Поздно уходить от темы, я замечал уже несколько раз, как ты начинаешь тереть ладони, как взгляд мутнеет, не отнекивайся. Я знаю, что тебя пугает, Лу. – Он прищурился, все еще держась за меня. – И просто хочу сказать спасибо, что не поддалась своему страху, птичка. – Снова непривычно мягкая улыбка. И я не должна верить этим эмоциям, потому что с ног до головы его обкачали разной дрянью, но так хотелось думать, что все по-настоящему. Я кивнула, принимая благодарность. Больше сказать было нечего.

– Тебе нужно отдохнуть, – прошептала я, нехотя отстраняясь, кивнула на дело, – вряд ли найдешь что-то, чего я не знаю, но если что…

– Конечно. – Парень устало опустился на подушки. Я поднялась с кровати, расправив за собой одеяло. И, не оборачиваясь, направилась к двери, уже около нее что-то заставило меня остановиться. Какая-то недосказанность, слова, которые отчаянно хотели вырваться.

– Я не могла позволить еще одному человеку умереть возле меня, – проговорила я, выходя в коридор.

– Обещаю, что больше никто не умрет на твоих глазах, птичка, – донеслось мне вслед перед тем, как дверь закрылась.

Глава 21 Аарон

Глава 21

Аарон

Я спал, и мне снилась дорога из желтого кирпича. Я уверенно шел по ней, не страшась ни преград, ни оков, ни чудовищ. И за мной шел ангел летящей походкой, защищая от бед и невзгод. И я знал, что так будет всегда. Даже когда нога моя ступит на порог Изумрудного города, ангел безмолвно будет шагать за спиной, охраняя от зла.

Чей-то навязчивый шепот выбивал из сна, мешал остаться в спокойствии и забвении. Во тьме, в которой ничего не нужно решать. Я бы хотел попросить у Господа хотя бы немного тишины. Я бы хотел попросить у него другого пути, но я знал, что нельзя злиться на свою судьбу и жалеть себя. Жалость приведет к отчаянию. Отчаяние – прямой путь к унынию. А уныние – смертный грех.

Веки тяжело поднимались, словно поспать удалось всего пару минут, но уже наступил новый день, и я мог бы проваляться в постели хоть несколько дней подряд, но такой роскоши я себе не позволял.

Перед глазами виднелось светлое размытое пятно, это было похоже на призрака прошлого, словно я уже умер и попал на тот свет, где меня встречал родной человек, ставший ангелом. Может быть, это не сон, а реальность?

Я моргнул, пытаясь избавиться от наваждения, разорвать и больше никогда не видеть. Силуэт обрел краски, в которых угадывалась Мария. Девушка стояла, отвернувшись к окну и сложив руки в молитве, тихо нашептывала знакомые слова, затем перекрестилась, всматриваясь в горизонт, где солнце медленно клонилось к закату.