– Тогда, может, уйдем? – спросила я, Тайфун усмехнулся, покачав головой.

– Идем. – Он потянул меня в сторону парковки, но уйти нам не дали. Сначала кто-то из людей отца узнал меня, затем Мария и Матиас, вспомнившие о старшей сестре. Забавно смотреть на то, как они сторонились меня, хотя совсем недавно, буквально несколько лет назад, цеплялись так, словно я их спасение.

Наверное, это единственная встреча, к которой я подготовилась. Я знала, что сказать, и, более того, была уверена в том, что собиралась сделать. Могла ли я так поступить?

И, смотря на них, ответ рисовался сам по себе. Могла.

– Ты пришла, – тихо заметил Матиас, отведя взгляд в сторону, будто ему неловко видеть меня.

– Она не могла не прийти, – тут же влезла Мария, сложив руки на груди. И вот снова от былой святости не осталось и следа.

– Могла.

– Хватит, девочки, – осадил брат, осматривая меня и Тайфуна придирчивым взглядом. – Слышал, Лукас Санчес сломал пальцы.

– Да? – притворно удивился Тайфун. – Бедный парень, ему бы научиться пользоваться садовыми ножницами. – Он покачал головой, будто ему действительно жаль. Я едва сдержалась от того, чтобы не фыркнуть. Лукасу нужно учиться держать руки при себе.

– Он мне никогда не нравился, но как так…

– Ты что-то хотел? – оборвала я, теряя терпение. Хотелось скорее уйти отсюда, спрятаться в тишине и спокойствии квартиры, в компании лучшего человека в мире. Себя.

– Твои бухгалтерские книги, счета отца, все нужно разобрать, привести в порядок. – Я любила в людях прямолинейность, можно не тратить время на бессмысленное соблюдение формальностей. Сразу к делу и фактам, такой подход экономит время и силы.

– Насчет этого я тоже хотела поговорить, – призналась я, поправляя небольшую черную шляпу, пытаясь спрятаться от назойливого солнца, – найди подходящего человека, я приведу в порядок документы и передам дела.

– Бросаешь семью? – фыркнула Мария, вновь сложив руки на груди. Матиас повел рукой в воздухе в останавливающем жесте.

– Теперь это не мои дела, я ухожу. С вами мы, очевидно, не сработаемся.

– Ты не можешь уйти.

– Могу и ухожу.

– И куда пойдешь? Думаешь, отец оставил тебе много денег? Место? Дом? Карты? – перечисляла сестра, пока на лице Матиаса отражалась сильная задумчивость и печаль. Пожалуй, вот кто сильнее всего переживал из-за распада семьи. А именно распадом это и было. Матиасу после смерти отца достались лишь жалкие обломки былого величия. Теперь семья Перес состояла из трех или даже двух человек.

– Пойдет ко мне. Деньги не проблема, – вмешался Тайфун, вперив в Марию строгий взгляд, под которым она тут же смолкла.

– Я заеду вечером или на днях, пока никто не начал проверку, – произнесла я, наблюдая за все еще молчаливым братом. Матиас лишь кивнул, опуская ладонь на запястье Марии, как бы сдерживая ее.

Аарон легко подтолкнул меня в сторону, напоминая о намерении уйти.

– Спасибо, – прошептала я, быстро переставляя ноги, чтобы успевать за широкими шагами Тайфуна, и испытывая острое желание закурить.

Но осуществить задуманное снова не дали. На этот раз перед нами возник Карлос Санчес. Такое чувство, что все, с кем отношения не заладились, решили повставлять палки в колеса именно сейчас.

Благо Лукаса в компании отца не наблюдалось. Хотя я видела его в самом начале, и видок у парня так себе: синяки под глазами, разбитая губа, гипс на всю левую руку, скрывающий даже пальцы. Аарон хорошо по нему прошелся. И признаться честно, я бы тоже так хотела.

И я, и Аарон понимали, что Карлоса сейчас не останавливало ничего от объявления настоящей войны. Всего один взмах головы, знак рукой, и похороны отца могли превратиться в самое настоящее побоище. Никто не стал бы искать виноватых. Это уже не имело бы значения.

И приторная улыбка босса враждебного клана откровенно пугала, позволяя страху холодить органы внутри. И страх этот возникал больше от того, что чудовище может его почуять.

– Если нужно, я начну ради тебя войну, птичка, не волнуйся, – тихо сказал Аарон, кажется, даже забыв о том, что давал это обещание на святой земле. Сердце, запнувшись, подпрыгнуло. Теплые пальцы накрыли ладонь, слегка сжав в поддерживающем жесте. Я переплела наши руки в замок, смысла скрывать происходящее между нами уже не было.

– Примите мои соболезнования, Луиза, – проговорил мужчина, останавливаясь напротив. Карлос и Тайфун пожали друг другу руки, словно между нашими семьями не висело никаких недопониманий. И сломанных пальцев Лукаса.

– Спасибо, что пришли, – кивнула я, присоединяясь к этой дурной и бессмысленной игре в вежливость и этикет.

– Слышал, ваш сын неудачно упал? – серьезно спросил Аарон, будто не он приложил к этому руку. Или садовые ножницы.

– Досадно, да, – согласился Карлос, сложив руки в карманы брюк, – но бывает. Пустяки, которые не стоят внимания. Я уже объяснил ему, что нужно уметь смотреть по сторонам и держать эмоции под контролем. Это ведь важное качество для любого человека, верно? – Взгляд серых глаз снова нашел меня. Конечно, от него не укрылась информация, что произошло.

– Одно из обязательных. – Я неосознанно сжала ладонь Тайфуна. – Приятно с вами поболтать, для нас важно, что вы смогли найти время и прийти, – проговорила я, – но, боюсь, нам уже пора.

– Не смею задерживать. Хотел только выразить соболезнования, и, думаю, нам пора наладить мир между семьями, раз уж теперь вы, Луиза, не сможете заключить союз с Лукасом. – На этом моменте хватка на руке стала сильнее, будто Гонсалес сдерживал все слова, что успели накопиться. – Знаете ведь, что завтра в театре премьера чудесного балета? Матиаса и Марию я уже успел пригласить, как и получить от них согласие, поэтому буду безмерно рад, если вы к нам присоединитесь.

– Непременно придем, – вернул любезность Тайфун.

– Советую рассмотреть Марию в качестве будущей невестки, – улыбнулась я, Аарон скупо попрощался и направился в сторону машины.

– Такой же мутный, как его сын, – не сдержался он, опуская ладонь на мою талию. Я удивленно скосила на него взгляд. Аарон заметил это, коротко усмехнулся и поспешил объяснить: – Не думаю, что Санчес действительно хочет мира.

– Думаешь, будет война?

– Не забивай этим голову, Лу, я все решу, если это потребуется. – Он прижал меня крепче, и я поверила ему.

Глава 34 Аарон

Глава 34

Аарон

«Мужчины находятся всецело под влиянием женщин, хотя мало кто сознает это; из-за женщин они поднимаются к небесам и опускаются в ад. Последняя дорога – самая излюбленная и почти всюду одобренная», – так однажды написала Мария Корелли, и, кажется, в момент, когда Луиза Перес вышла из дома в черном облегающем платье, с россыпью рубинов и бриллиантов, облаченных в золото, на своей прелестной шее, это выражение приобрело не только смысл, но и физическую оболочку. Я был уверен в том, что смог бы даже спуститься в ад, если бы это потребовалось. Как и подняться на небеса. И это не вечернее солнце украшало ее, а она освещала все вокруг собой.

Буквально вчера ее взгляд не выражал ничего, кроме решимости, прокуренного цинизма и усталости от такого образа жизни, а сейчас передо мной стояла Луиза Перес, гордая, неприступная, знающая себе цену и готовая идти по головам, в привычной своей манере смотря свысока, будто все вокруг всего лишь букашки, не стоящие ее внимания. И я опять не находил слов, потому что был очарован, словно мелкий придурок, у которого шалят гормоны. В этот момент даже над Хорхе шутить перехотелось. Я его прекрасно понимал.

Она действительно выбрала меня? Хотелось ущипнуть себя только ради того, чтобы понять, что это не чертов сон.

– Стоит ли переживать, что все внимание заберешь себе ты?

– Завидуешь? – усмехнулась Луиза, но я не собирался отвечать, потому что сильнее всего хотелось размазать вишневую помаду по губам. Правда, пришлось сдержаться и оставить легкий, целомудренный поцелуй на щеке.

Девушка невесомо коснулась моего предплечья, заглянула в глаза, при этом сделав такой вид, что никто и никогда не заподозрил бы в ней самую настоящую стерву. Кхм… мою стерву.

Так ли нужен нам этот театр?

Луиза привстала на носочки, слегка потянулась вперед. Мне даже стало казаться, что желание увидеть размазанную помаду на ее губах исполнится. Но если от этой фантазии все внутри переворачивалось, то ее следующие слова точно попали куда нужно. На поражение. Прямо в центр мишени.

– Главное, чтобы все твое внимание было на мне, – прошептала девушка. – И кстати, на мне нет белья. – Совершенно точно убит. Какая уж тут выдержка, если контроль трещал по швам?

Кажется, произведенный эффект удовлетворил ее настолько, что девушка даже не дождалась, пока я открою для нее дверь машины. Луиза, как обычно, с гордо поднятой головой, обошла меня и элегантно нырнула в салон.

Я выдохнул, затем поправил волосы и направился следом.

– Никто и не будет смотреть на сцену, красотка, – проговорил Хорхе, которого захотелось придушить. Хотя какое-то ребяческое злорадство и ехидство от того, что Луиза была со мной, успокаивало. Вернее сказать, будоражило.