Я ныряю. Вода прохладная, но это даже хорошо, и я отплываю на приличное расстояние, прежде чем выныриваю, чтобы глотнуть воздуха. Потом я опять плыву. Расстояние между пирсами больше, чем я думал, но я не останавливаюсь, чтобы оценить, сколько уже проплыл. Я просто продолжаю двигаться вперед. Как по мне, лучше всего это делать в безмолвном полумраке под водой. Это даже лучше, чем просто прыгать вместе со всеми на закате. Так и должно быть. Этот прыжок только для нас двоих. Я вытаскиваю руку из воды и дотрагиваюсь кончиками пальцев до обветшалого дерева. Я подтягиваюсь и, дрожа, смотрю налево, потом направо. Но ее уже нет.

Во вторник утром я просыпаюсь со слипшимися после озерной воды волосами, так что теперь точно знаю, что был там прошлой ночью. Я заправляю постель Олли, а затем возвращаюсь в свою. Несколько часов спустя на пороге комнаты появляется мама.

– День прогулов был вчера, –  говорит она.

– Кажется, я заболел, –  отвечаю я.

– И чем же?

Я смотрю на нее, думая, сказать ли правду, взвешивая все за и против. Но тут на улице раздается автомобильный гудок. Только одна машина и один человек способны издать этот звук. Клаксон гудит, гудит и гудит. Наконец я встаю, прохожу мимо мамы и выбегаю на улицу. Перед моим домом припаркована здоровенная белая машина Холлис. Окна разрисованы в честь Дня школьного единства. Гудок смолкает. Она опускает стекло.

– Что ты делаешь, Холлис?

– Забираю тебя. Поехали. Уже почти обед.

– Я не собираюсь сегодня в школу, –  говорю я. Она снова нажимает на клаксон. –  Черт возьми, да что с тобой?

– Вообще-то это твой по-настоящему последний день в школе, –  заявляет она, –  хоть я и понимаю, отчего ты такой грустный.

– Я не…

– Но знаешь что? Мы с моим первым парнем, с которым встречались долгое время, недавно расстались, и у меня тоже есть настроение погрустить. Однако я этого не делаю, потому что сейчас время бесценно и его осталось совсем немного. –  У нее две зеленые полоски под глазами, как у футболиста, и, похоже, она готова идти напролом.

– Холлис, послушай…

– Сегодня раздают ежегодники, и после всего случившегося я заслуживаю, чтобы ты подписал мой.

– Холлис…

– Я отказалась от своих мечтаний –  которые, кстати, вынашивались годами –  о том, чтобы взяться за руки для прыжка с пристани и потанцевать на выпускном балу, но я не собираюсь отказываться от этого. Так что возьми себя в руки и садись в машину.

– Мне нужно одеться.

– У меня в багажнике есть твоя одежда, которую я как раз хотела вернуть.