– Но… но, Мина!

– Прекрати. Перестань так улыбаться. Это не самая веселая история.

– Ладно, извини. –  Он все еще улыбается так ослепительно, что кажется, будто он способен разогнать любую тьму.

– Я пыталась годами. Я очень старалась, чтобы это прошло, –  продолжаю я.

– Я думаю… я думаю, это чудо, если ты чувствуешь то же, что и я.

Незнакомое чувство расцветает в груди, растягивает и наполняет меня. Это чувство захватывает все тело, я ощущаю его даже в мизинце на руке.

– Все изменилось. И мы понятия не имеем, в какую сторону.

– Мина, ты уже говорила об этом. Ты сказала об этом несколько недель назад, когда мне пришло письмо о зачислении в университет и я попросил тебя пообещать, что ничего не изменится. Ты помнишь свои слова?

– Я помню только, что ты поступил.

– Ты пообещала, что если что-то и изменится, то только в лучшую сторону.

Его радость заразительна. Это уже слишком.

– Ты стал умнее меня?

– Конечно, нет, просто я обдумывал это несколько дней. Просто пытаюсь уследить за твоими мыслями. –  Он улыбается мне, словно мы просто тусуемся вместе, как обычно.

– Я просто… я потрясена. Всем этим, –  говорю я наконец.

– Чем?

– Тем, кто ты есть. И тем, что я чувствую.

– Ладно. Ну это не обязательно должно быть грандиозным событием. Будем действовать постепенно. Если тебе все еще нужно время, я дам тебе его. Если ты хочешь пойти на выпускной друзьями, мы пойдем. Если ты хочешь, чтобы я подождал здесь, пока ты будешь думать, я так и сделаю. У нас впереди вся ночь.

Он садится на траву. В этот момент я понимаю, что, даже если зайду в дом, закрою окно и лягу спать, он все равно будет здесь, когда я проснусь.

Раздается автомобильный гудок.

– Ладно, у нас впереди не вся ночь, –  говорит Кэплан.