Эле было прекрасно известно значение выражения «заниматься любовью», но теперь оно казалось несправедливо простым. Так можно было описать каждое прикосновение, взгляд и слово, которыми они с Сашей обменивались по утрам после звонка будильника или вечером, когда с работой было покончено. И чем ближе они становились, тем сильнее ей хотелось большего, словно годы, проведенные в поиске, все отчетливее давали о себе знать. Даже ее собственная неопытность больше не казалась большой проблемой, когда он смотрел на нее с такой жаждой. Все это время Эля переживала о другом.

Что, если, когда они с Сашей будут… вместе, ему снова станет плохо, как тогда, в больнице? Или что-то еще пойдет не так из-за его травмы? Она прочитала в Интернете достаточно противоречивых историй, чтобы запутаться окончательно, и не решалась задавать вопросы на эту тему, не зная, как правильно подобрать слова. Саша и без того расстраивался, если в конце дня чувствовал головную боль и усталость. Когда после их первого поцелуя они разошлись по разным комнатам, Эля решила, что предоставит ему право сделать первый шаг и сможет подождать еще.

Весь день из ее головы не шли его вчерашние слова, и она поняла, что в этом случае уже не должна была молчать. Она задолжала ему объяснение. В ее представлении оно должно было быть озвучено сегодня же за ужином, где была бы их любимая еда, возможно, приятная музыка, а до момента, когда нужно было ложиться спать, оставалось бы достаточно времени. Было бы идеально, если бы он поцеловал ее в прихожей, как часто делал, и тогда она бы сказала ему все прямо в тот момент…

Представляя себе его улыбку и предвкушая идеальный вечер, после работы Эля сразу поспешила домой, но, едва открыла дверь, услышала резкий голос, доносившийся из комнаты Саши. Он спорил с кем-то об Альде, это было очевидно, но вставлял столько аббревиатур и других непонятных слов, что понять суть разговора становилось невозможно. У Эли вырвался вздох: это могло продолжаться как пять минут, так и целый час, и после его настроение было непредсказуемым. Переодевшись в домашнюю одежду, она прошла на кухню и невольно расплылась в улыбке при виде накрытого на двоих стола и бумажного пакета на столешнице. Ужин они обсуждали еще днем, и Саша явно подгадал время доставки к ее приходу.

После переезда он заставил Элю пообещать, что, если будет задерживаться более чем на двадцать минут после ее возвращения с работы, она будет ужинать без него. В этот раз подождать пришлось всего десять. Саша зашел на кухню, устало потирая лицо ладонями, и, поймав его измученный взгляд, она вытянула руки. С громким вздохом он шагнул в ее объятия и зарылся лицом в волосы. Эля гладила его по спине, чувствуя, как от него волнами исходило напряжение. Он был выше и сильнее, но держался за нее так крепко, будто только она могла помочь ему устоять на ногах. Сила, которой ее наделяло его доверие, поражала.