Риббентроп пожаловал в Главную Ставку 21 ноября с важнейшим сообщением: у него нет сомнений в том, что назначенная на ноябрь конференция «Большой тройки» состоится где-то на Ближнем Востоке! Этот факт подтверждался донесениями из Анкары фон Папена.

Риббентроп начал без обиняков:

- Мой фюрер, полученные мной телеграммы подтверждают наши предположения о готовящейся встрече Сталина, Рузвельта и Черчилля. Превентивные действия Иранского правительства в отношении наших сотрудников указывают на то, что проведение встречи возможно на территории Ирана. В Каире отсутствуют представители СССР. Остановка Рузвельта и Черчилля в Египте не есть конечная точка. Мною отданы необходимые распоряжения дипломатическому персоналу.

Гитлер поднялся из-за стола, словно нехотя повернулся к «первому дипломату рейха», спросил:

- Значит, сроки и точное место проведения конференции остаются пока неизвестны?

- Неизвестны, мой фюрер. Я уже говорил об этом. Гитлер задумчиво продолжил свою мысль:

- Ответ на этот вопрос мы получим несколько позже. Появится декларация, возможно, другие незначительные открытые соглашения. Нас же, Риббентроп, будет интересовать суть неопубликованных документов. Получить хотя бы их копии - вот в чем будет состоять ваша главная задача. Мы продолжаем мобилизацию солдат, чтобы закрыть бреши на Восточном фронте. А вы, Риббентроп, мобилизуйте своих агентов на то, что бы я располагал сведениями о намерениях большевиков и их союзников. Не сомневаюсь, они будут касаться уже планов следующего года. Это очень важно.

- Мой фюрер! Принимаются экстренные меры. Наш «турецкий агент» [2] получил соответствующие указания.

- Денег, Риббентроп, не жалеть. Вся информация такого рода с лихвой окупается на фронтах. Предательство Италии не воспринималось бы нами сегодня столь болезненно, если бы я вовремя получил сообщение о готовящемся перевороте Бадольо.

- Муссолини сам виноват в том, что оппозиционерам так легко удалось отстранить его от власти и да же арестовать, - возразил «первый дипломат рейха» и тут же добавил: - Впрочем, мой фюрер, я хотел бы вас предупредить, что сходные перемены могут произойти в ближайшее время в Венгрии и Румынии.

- Я не допущу этого! - истерично взорвался Гитлер. - Без румынской нефти мы окажемся не в состоянии вообще сопротивляться большевикам! Я немедленно прикажу 17-й армии оставить Крым, переброшу ее в Румынию и она станет оборонять Плоешти. В этом вопросе я буду непреклонен!

22 ноября фюрер тоже посвятил предстоящей конференции союзников. На этот раз он принимал в Главной Ставке Канариса. Руководитель армейской контрразведки прибыл с докладом по операции под кодовым названием «Дальний прыжок». Ее возглавлял «блистательный похититель» Муссолини штурмбаннфюрер СС Скорцени.