Для развития успеха на Ковельском направлении Ставка образовала 2-й Белорусский фронт во главе с генерал-полковником Курочкиным.

2

Поистине «ахиллесовой пятой» становился ноябрь для гитлеровского командования. 3 ноября оно пропустило «нокаутирующий удар» русских с Лютежского плацдарма. Манштейн усиленно укреплял позиции против их прорыва с Букринского плацдарма и уверенно доносил в Главную Ставку, что с юга противнику не пройти, и Киев находится в полной безопасности. К исходу 4 ноября Манштейн увидел, что крупно просчитался, но кому было доложить о назревающей катастрофе, если Гитлер уже отправился в Мюнхен на ежегодную встречу «старых борцов»?

5 ноября, в заключение мероприятий в Мюнхене, перед рейхсляйтерами и гауляйтерами выступил Гитлер. Лейтмотивом его «откровенной речи» стал лозунг: «Дать фронту миллион человек! Прочесать тыл! Мобилизовать всех, кого возможно! Восток требует пополнений!»

Вечером 8 ноября Гитлер потребовал от Манштейна немедленно нанести контрудар у Фастова. Но «маститый стратег» упредил приказ фюрера. Утром 4-я танковая армия Гота, силами четырех танковых и одной моторизованной дивизий, перешла в наступление на Киев. Танковое сражение на рубеже Триполья продолжалось до 12 ноября, но оказалось безуспешным. Гитлер не уступал. Он потребовал от Манштейна продолжать наступление. 15 ноября более мощная группировка в составе уже пятнадцати дивизий, включая семь танковых и одну моторизованную, вновь нанесла удар в направлении Киева из района Житомир - Корнин.

В это же время, получив в подкрепление 9-ю и 23-ю танковые дивизии, пять пехотных и 76-ю пехотную дивизию из Франции, продолжала атаковать позиции 2-го Украинского фронта в районе Знаменки 1-я танковая армия генерала Хубе. Ее главной за дачей являлся обязательный прорыв к Днепропетровску и в Донбасс.

Оперативные совещания в Главной Ставке 17 и 18 ноября отличались утверждением новых надежд. Генерал Цейтцлер упирал на прорыв 4-й танковой армии на Киевском направлении и уклончиво характеризовал обстановку на менее благоприятных участках. Он доложил Главкому ОКХ 17 ноября об утрате позиций группой армий «Центр» в районе Гомеля и сдаче Речицы.

Гитлер пассивно воспринял это сообщение и всполошился только тогда, когда «генштабист» заявил, что прорыв русских к устью Березины представляет для 2-й армии Шмидта реальную угрозу того, что вскоре она окажется в «мешке», поскольку севернее Гомеля в направлении на Шатилки наступала 48-я армия Романенко.

Приходилось Цейтцлеру говорить и о трудностях в группе армий «Юг». На совещании 19 ноября в центре внимания «Вольфшанце» оказался вопрос о потерях бронетанковых войск. Донесения ужасали - за последнюю декаду 1-я танковая дивизия потеряла тридцать процентов машин. Еще большими оказались потери в 25-й танковой дивизии: Т-V «Пантера» - шестьдесят, Т-VI «Тигр» - тридцать процентов! Половина из них - уничтожена противотанковой артиллерией. Гитлер приказал начальнику Генштаба ОКХ захватить и показать ему 57-м м противотанковую пушку большевиков.