Он немного отодвинулся, не снимая теплой руки с ее шеи, и вопросительно посмотрел на нее. Она ответила улыбкой.

Наклонив голову, он поцеловал ее между ключицами, затем откинулся назад и показал ей конверт пластинки: «Иоганн Себастьян Бах. Партита номер 2 в си-минор». Игла опустилась, и в наушниках зазвучал рояль.

Бетт буквально слышала, как узоры и диаграммы разворачиваются золотистыми горизонтальными линиями, а дальше добавляются новые мелодии, подчеркивающие первую. Диаграммы складываются вместе, по левую и по правую руку. Эти алгоритмы не нужно решать, можно просто ими любоваться. Гарри снова ее поцеловал. Бетт закрыла глаза, следуя за всплесками узора слева, следуя за пульсом на шее Гарри, который тоже всплесками бился о ее пальцы. Не переставая слушать, она проследовала губами по линии его горла до самого воротника – и почувствовала, как он сглатывает. Потом ощутила, что он собирает в кулак ее волосы, и эта боль показалась ей восхитительной. Она не любила, когда ее трогают, но теперь ей хотелось придвинуться к нему ближе, еще ближе. Сидя, Гарри обычно сутулился, будто пытаясь скрыть свои внушительные размеры, чтобы никого не напугать, но теперь ей казалось, что ее притягивает к непоколебимой гранитной горе. Своими гигантскими руками он мог бы сломать ее, как зубочистку, и это ее совершенно не пугало – более того, Бетт ощутила горячий прилив удовольствия, поняв, что он почти содрогается, сдерживаясь, чтобы не обрушиться на нее всей своей силой, и позволяет ей самой сделать первый шаг.

Мир покачнулся, когда он стянул с нее наушники.

– Пора остановиться… – проговорил он.

– Почему?

Все было слишком громко. Бетт свернулась у него на коленях, ее блузка и бюстгальтер валялись на полу, рубашка Гарри расстегнулась; оба с трудом переводили дыхание. Из брошенных наушников пищала музыка.

– Не хочу навлечь на тебя… последствия. – Пошарив в карманах, Гарри выругался под нос. – Я ничего не захватил… Не думал, что от сегодняшнего дня стоит ожидать чего-нибудь подобного.

– У меня есть. – Бетт потянулась к сумочке и показала ему то, что добыла в бумажнике у Джайлза.

– Только не говори, что ты пошла в магазин и попросила… – расхохотался Гарри.

– Да разве бы мне это продали! – Она почувствовала, что краснеет. – Я у Джайлза свистнула.

– Господи, Бетт. – Гарри прислонился лбом к ее лбу и смеялся, смеялся – его смех будто накатывал тяжелыми волнами. Похоже, он смеялся впервые за несколько месяцев.

– Это ведь не значит, что я?.. – Бетт помедлила. – Я просто подумала, что лучше быть готовой. На всякий случай.