– А ты разве не знала? – удивилась другая пациентка. – Увезли ее сегодня после обеда. На операцию.

Бетт подавила волну тревоги.

– А какая операция?

Та лишь пожала плечами. Бетт сидела за игровой доской, пытаясь отогнать дурные предчувствия. Вошла медсестра со списком завтрашних свиданий, но Бетт не удостоила ее вниманием. За три с половиной года ее навестили лишь один раз.

Потому ей так долго и не удавалось тайно связаться с Озлой и Маб. Везде ее ожидали неудачи… Попытка отправить им шифровки вместе с исходящей из клиники почтой. Попытка дать взятку санитару, чтобы он бросил конверты в почтовый ящик за воротами. Попытка уговорить другую пациентку спрятать записку Бетт внутри своего письма. Каждый раз ей либо отказывали, либо ловили с поличным… «Мисс Лидделл, вам переписка не положена!» Видимо, МИ-5 сопроводило ее в клинику с четкими инструкциями: пациентке, у которой голова набита секретной информацией, запрещено обмениваться вестями с внешним миром.

И лишь несколько недель назад ей наконец-то удалось отправить зашифрованные крики о помощи.

– К вам посетитель, мисс Лидделл! – нараспев произнесла тогда медсестра, и Бетт так и замерла от удивления. Ни единого посетителя из внешнего мира за три с половиной года… «Гарри?» – подумала она, подходя к двери комнаты для свиданий и чувствуя, как ускоряется пульс.

– Бетан! – В центре комнаты стоял ее отец. Сама комната вполне могла бы сойти за гостиную ее матери, разве что все безделушки прибиты, чтобы пациенты в истерике не запустили ими ненароком в дорогих гостей. Заметив ужас, охвативший отца при виде ее грубо остриженных волос и изможденного лица, Бетт и сама не отказалась бы швырнуть в него, например, вазу. – Ты… с тобой все хорошо? – выдавил он наконец, когда санитары оставили их наедине.

– А как, по-твоему, я выгляжу? Хорошо? – холодно спросила Бетт.

– Ты выглядишь… – Он не закончил. – А тебе лучше? Я буду рад, если ты вернешься домой.

– Почему? Мать точно не обрадуется.

– Что ты, конечно, обрадуется! Ну… то есть она не говорила… понимаешь, она ведь не знает, что я здесь. («Мог бы и не объяснять, – подумала Бетт, – я догадалась».) Она поехала навестить твою тетку в Борнмуте, вот я и решил, почему бы не…

– …съездить сюда втайне от нее? – Горло Бетт и без того постоянно саднило от рвоты, которую она вызывала дважды в день, чтобы избавиться от таблеток, но сейчас, глядя на отца, ей казалось, что с каждым словом она выплевывает по горящему угольку. – Больше трех лет, Па. И ты ни разу не пришел.

– Твоя мать считала, что не… то есть мы решили дать тебе время поправиться. – С халата он перевел взгляд на ее потрескавшиеся губы. – Нам сказали, что это хорошее место.