Уже одевшись, он ещё раз подошёл к Митричу, положил руку на его потный, бледный лоб, посмотрел в глаза больному, мягко улыбнулся.

– Ну, крепись, друг. И хозяйке выть не вели. Будь здоров!

И уже откинув занавеску, попрощался с хозяйкой, напомнив, что скоро наведается ещё раз.

– Я не могу, не имею права оставить вас в таком состоянии, понимаете? Зайду через пару дней, авось передумаете.

– Воля ваша. Мы не приглашаем, – проговорила сквозь слёзы хозяйка…

– Иван Павлович, откуда у вас этот такт? – спросила Варя, когда они очутились на улице. Вы здесь, на Выборгской, свой человек. Вы так просто, душевно говорите, держитесь…

– Милая Варенька, при чём тут такт? Я мужик. И дед мой Захар был такой же, как Митрич. Только и разницы, что этот от чахотки помирает на Выборгской, а тот от голода у себя в деревне. И детство моё было не лучше детства этих ребят.

Варя обернулась к дому, промолвила с горечью:

– Какой всё-таки ужас! Оттолкнуть протянутую руку спасения, обрекать себя на гибель.

– А кто виноват в этом? Разве они? – спросил Краснушкин и взглянул туда, где над городом стояло зарево вечерних огней. – В их гибели виноваты те, кто сделал этих людей тёмными и невежественными. Нет, надо всё же спасти этого человека. Подумайте, Варя. Ведь шесть человек ребят. Попрошу вас завтра днём наведаться сюда. Если будет хуже – немедля сообщите мне. Надеюсь, дорогу сюда найдёте сами. Фамилия больного – Заушин…

Два следующих визита прошли спокойнее. В первом Краснушкина радостно встретили сообщением, что больная девочка стала чувствовать себя хорошо.

– У меня было подозрение на дифтерию, но, к счастью, это была острая ангина, – пояснил доктор Варе.

Родители девочки долго, горячо благодарили его за спасение их дочери и на прощанье пожелали ему всякого благополучия.

В соседнем доме Краснушкин навестил молодую женщину, болевшую желтухой. Больная уже поправлялась. Около неё вертелось двое малых ребят. Врача и Варю встретил высокий мужчина с большими, огрубевшими от работы руками.

– Ну, как тут у нас дела? – спросил его Краснушкин.

– Да вот, глядите, – улыбнувшись, указал рабочий на жену. – Уже совсем молодцом. Ведь верно же, Вера?

– Верно, Ванюша, – кивнула головой женщина и приветливо улыбнулась Краснушкину. – Спасибо вам, доктор. Чем вас благодарить, и не знаю…

Когда Краснушкин подошёл к ней, она неожиданно схватила его руку, поднесла к своим губам.

– Бог с вами! Разве так можно?! Я не поп или монах! – отдёрнул руку доктор. – Ведь мой долг – помогать больным.