Следующий день прошёл в тревоге и волнениях. Несмотря на все хлопоты Белого, Варе не удалось избежать посещения градоначальства. Там ей объявили о высылке её из столицы в Сибирь как «нежелательного элемента». Для сборов дали одни сутки. Варя растерялась.

– Я не успею собраться в столь короткий срок, – возразила она. – У меня ведь семья.

– Высылке подлежите лично вы, госпожа Звонарёва, не ваша семья, – сказал ей на это полицмейстер. – Лично вам хватит на сборы и суточного срока. Если же вы не покинете столицы в этот срок, то будете арестованы и высланы по этапу.

Расстроенная Варя заторопилась домой, а оттуда вместе с мужем помчалась к отцу. Генерал снова отправился к министру внутренних дел.

Министр принял его очень сухо.

– Я понимаю затруднительность вашего положения, Ваше высокопревосходительство, – проговорил министр. – На мой взгляд, некоторая доля вины за поступок дочери лежит и на вас. Вы не сумели воспитать в ней должную почтительность к старшим и привить ей уважение к существующему у нас государственному строю и преданность обожаемому монарху.

– Это к делу не относится, ваше превосходительство, – оборвал его Белый. – Я хочу знать, считаете ли вы возможным удовлетворить ходатайство об отсрочке высылки моей дочери?

– Только из уважения к вам, к вашим боевым заслугам считаю возможным отсрочить высылку на сутки, – холодно ответил министр.

Белый встал и не прощаясь вышел из кабинета. Он чувствовал своё полное бессилие перед этими бездушными сановниками. Вернувшись домой ни с чем, он сообщил об ответе министра.

– Да, трудно что-нибудь придумать, если вам отказал сам министр, – вздохнул доктор. – Можно, конечно, использовать прессу, – посоветовал Краснушкин. – В левых газетах не замедлят воспользоваться таким сенсационным материалом, они поднимут шум, привлекут внимание Государственной думы…

– Попасть в громкую и притом скандальную историю? Нет, это совсем не подходит, – не согласился Белый.

– А что, если я выдам Варе свидетельство о болезни? – воскликнул доктор. – Ведь может же она заболеть от такого потрясения: скандал, исключение из института, высылка…

– Едва ли полиция поверит вашему свидетельству, – усомнился Звонарёв. – Определённо назначат комиссию из полицейских врачей для проверки состояния здоровья Вари.

– Тем лучше! – сказал Краснушкин. – Я хорошо знаю эту публику. – За четвертной билет живому выдадут свидетельство о смерти, а мёртвому – о полном его здоровье. Варя, безусловно, будет признана неврастеником и истеричкой, следовательно, неполноценным с юридической точки зрения субъектом.