– Займите, штабс-капитан, это место, – указал генерал.

Как только Борейко сел, Никитин заявил Шредеру:

– Мне и штабс-капитану только русской горькой! И, пожалуйста, не рюмками. Напёрстки не для нас!

– Из-за контузии и ранения составить компанию вашему высокопревосходительству не смогу, – начал было отнекиваться Борейко.

– Всё во времени и должной пропорции. Чарку-то пропустить всегда можно, – уговаривал Никитин.

Комендант вскоре охмелел и заплетающимся языком попросил позволения уйти на отдых.

– В командование гарнизоном крепости вступает следующий по старшинству, – провозгласил Никитин.

– Слушаюсь! – поднялся с места Суетнёв. – От имени гарнизона Керченской крепости поднимаю тост за доблестных портартурцев!

Тост был покрыт дружным «ура» всех присутствующих. Время шло. Никитин устал.

– Поднимаю последний тост за нашего солдата! Чтобы он никогда русского ума не пропивал! – И генерал одним духом осушил стакан…

Вернувшись домой, Борейко рассказал о встрече с командующим.

– Пьяница твой Никитин! – недовольно поморщилась Ольга Семёновна. – Если он и вспомнил о тебе, то в связи с твоим беспробудным пьянством в Артуре.

– Что ты, что ты, Оленька! – слабо протестовал Борейко.

Он находился в состоянии лёгкого опьянения не только от водки, но и от сегодняшних успехов. Рота отличилась, её похвалили, начальство к нему благоволило, в успехе завтрашней стрельбы он не сомневался. Поэтому ворчание жены не особенно удручало его. Ему хотелось спать, и лежа на диване он всё тише и бессвязнее отвечал на её упрёки, пока не уснул.

Хотя Ольга Семёновна и ругала мужа за то, что он в ущерб своему здоровью «налимонился», но в душе была довольна: такое большое начальство как командующий войсками округа вспомнил её мужа и выказал к нему много внимания, а это лишний раз гарантирует его от всяческих подозрений.

Глава 7

Глава 7

Смотровую стрельбу назначили на девять часов утра. Береговые батареи крепости были разбиты на три сектора: передовой, центральный – наиболее мощный по вооружению, прикрывающий пролив в самом узком месте, и тыловой – батареи Ак-Буруна.

Передовым сектором командовал Юрковский, центральным – Нагоров, а тыловым – капитан Дмитриев, единственный в крепости артиллерист-академик. Суетнёв осуществлял общее руководство с командного пункта, расположенного на Балканах – скалистой возвышенности в центре крепости.

Борейко командовал батареей одиннадцатидюймовых пушек. Она находилась против Тузлянской косы, в самом узком месте пролива, и была основной в береговой обороне крепости. Штабс-капитан детально разработал методику стрельбы по «вражеским судам», которые попытаются прорваться через пролив в Азовское море.