Я нежно провёл рукой по Её щеке, а затем поцеловал Её, и поцелуй этот был мне причастием.

Заглянув в зеркало ультрамариновой бесконечности, я увидел уверенно кивающее лицо человека, способного на любые подвиги, и не без удивления узнал в нём собственные черты.

Настя осталась стоять у парапета смотровой площадки, но смотрела не на столичную панораму, а на меня – я знаю, потому что чувствовал, как её лучи ложатся мне на правое плечо.

Шпиль сталинской высотки пронзал небеса, как шпага пронзает бескрайнюю плоть, и звезда здесь была очень кстати. ГЗ МГУ по форме и энергетике скорее напоминало собор, нежели учебное заведение – совершенное по своим формам и расположению оно словно Хогвартс довлело над окружающим миром, меняя его течение и вместе с ним суть причин явлений.

Но вошёл я этот храм не как верующий, но как знающий, наполненный спокойствием и гармонией. Это состояние наполняло меня энергией такой силы, что я без труда мог бы отапливать Оймякон.

Вот все расселись, нам объяснили правила игры, а затем по традиции в аудиторию внесли конверт, распечатали и достали оттуда список тем сочинения. Из предложенного я выбрал «Темы дуэли в творчестве Тургенева и Толстого».

Написав тему в черновике, я хотел было начать обдумывать план сочинения, но внезапно вспомнил, как нежно и страстно поцеловала меня на прощание Настя. Это было настолько сильно, что я всё ещё ощущал вкус её губ у себя на устах. Я произнёс её имя и все мысли покинули голову, я почувствовал сперва в передней части мозга, а затем и всем телом, как пульсирует жизнь, как тепло до краёв наполняет моё существо и выходя за его границы, расходится вокруг незримым светом.

Я не заметил, как я начал писать: мысль текла и развивалась, но я совершенно не думал о теме своего сочинения, однако когда я закончил и перечитал написанное, я удивился тому, насколько хорошо у меня получилось. Сочинение было полным, подробным, гармоничным: там, где нужно было остановиться подробно, я останавливался, где хватало двух предложений, был краток, но наиболее занимательными были мысли: я изложил всё очень просто, но вместе с тем, написано было настолько хорошо, что мне даже не верилось, что это вышло из-под моего пера. Даже почерк был мой, но всё-таки отличался. Переписав сочинение в чистовик (хотя ошибок в нём не было), я сдал свою работу и первым из абитуриентов покинул «шайбу» главного здания.

Яркое июньское солнце освещало ступени Главного здания, я вышел из университета, и свет, струившийся из меня, слился с лучами звезды: я знал, что всё написал превосходно, и не могло быть никаких сомнений в том, что экзамен я сдал на отлично.