Возвратясь с Галльской войны, король Артур наведался в Логр, где пробыл всего три дня, а затем отправился в Кармелид, все так же вместе с королями Баном и Богором, которых он хотел позвать свидетелями на свое бракосочетание[445]. Леодаган выехал им навстречу на целых два лье; в Кароэзе все улицы перед ними устлали коврами, землю усыпали свежескошенными травами, во время их шествия дамы, кавалеры и девицы танцевали и водили хороводы, юноши состязались и преломляли копья. В зале, куда их привел Леодаган, Гвиневра подбежала к Артуру с распростертыми объятиями. При всех она поцеловала его в уста; они взялись за руки и поднялись во дворец, где ожидалось обильное угощение.

На другой день Леодаган перешел с Артуром к делу и спросил, не думает ли он, что пришло время заключить брак.

– Я жажду этого сильнее вас, – ответил Артур, – но я бы дождался возвращения моего доброго друга Мерлина, который обещал мне прибыть вовремя; полагаю, что он не задержится более недели.

В самом деле, Мерлин появился, когда уже все было готово для церемонии. Ведь от него ничто не было укрыто, и он знал, что Артуру не терпится свидеться с ним; знал он и о кознях тех, кто не желал добра ни королю Логрскому, ни королю Кармелидскому. Мы уже поведали вам историю второй Гвиневры, дочери короля Леодагана и жены сенешаля Клеодалиса. Родные Клеодалиса, верные нравам и обычаям своих предков, приняли весьма близко к сердцу обиду, нанесенную жене их сородича; и чтобы не навлечь на себя бесчестие, коим бывает запятнан род, будучи оскорблен в лице одного из своих членов, они поклялись отомстить за позор, причиненный сенешалю. Умысел их состоял в том, чтобы привлечь наставницу или прислужницу Артуровой невесты и убедить ее привести вторую Гвиневру на брачное ложе вместо первой. Улучив момент, когда новобрачная спустится в сад из дворца, они схватят ее и увлекут на приготовленный загодя корабль, в то время как другая Гвиневра будет передана в руки неверной наставницы. Мы скоро увидим, чем увенчалось их вероломство.

На другой день по прибытии Мерлина Артур и его спутники вошли во дворец. Леодаган велел облачить свою дочь в самые роскошные одежды; но еще более восхищала всех ее непревзойденная, несравненная красота. Весь двор направился в церковь Святого мученика Стефана. Артур и Леодаган открывали шествие, за ними последовали все бароны: сначала Гавейн и Мерлин, затем Сагремор и Галескен, Агравейн и Додинель, Гахерис и Ивейн Побочный, Кэй и его отец Антор. Невеста выступала следом, сопровождаемая двумя королями, Баном и Богором: лицо открыто, на голове золотой чепец, платье из тисненого шелка, расписанного сезамом (cysamus)[446], длинное настолько, что оно влачилось по земле на полтора туаза. За нею шла Гвиневра, дочь жены сенешаля, ведомая Грифлетом; затем рыцари недавно посвященные, рыцари Круглого Стола, бароны и рыцари Кармелида, наконец, благородные дамы из поместий и горожанки. Дубриций, архиепископ Логрский, встретил их в церкви, а монсеньор Амюстан, главный капеллан короля Леодагана, благословил их и сочетал браком. Архиепископ отслужил мессу, Амюстан прочел из Послания и из Евангелия[447]. Дары были велики и богаты; по окончании службы все вернулись во дворец, в разгар состязаний жонглерок и менестрелей. Праздник длился до самой трапезы и возобновился, как только поднялись из-за стола.