— О Маркольте? — Лев огладил рукой застарелый шрам на щеке. — Маркольт — человек боязливый и изворотливый. Сам он никакого бы вреда не сделал. Зачем ему Шварнова смерть? Ясно, что Констанция его заставила. Она, не тем помянута будь покойница, в этом деле лихом главная злоумышленница была. А Маркольт что? Верно, свёл её с Морицем, и всё. А Мориц не один раз на тебя, княгиня, мне жаловался. Мол, и не глядишь в его сторону, брезгуешь. А он, мол, весь заговор против боярина Григория и мачехи моей, Юраты, устроил. Если бы не он... Иными словами, воспылал Мориц злобою на тебя и па Шварна, а Констанция тут как тут. Так скажу, Альдона: не могу тебя судить. В одном тебя корю: почему раньше не открылась?

Лев сокрушённо вздохнул.

— Ответила уже тебе! — резко, зло бросила ему в лицо Альдона. — Оставь старческие вздохи свои! Не за ними пришла! Прошу: помоги извести Маркольта. Не могу никак я к нему подобраться. Заперся в каменных хоромах своих в Холме, глаз не кажет.

— Маркольт ветх днями. Чую, помрёт скоро. На что он тебе?

— Злодей он. Мужа моего погубитель!

— Стало быть, хочешь-таки мстить. — Лев раздумчиво забарабанил ногтями по дубовому столу. — И мучаешься, не знаешь, как?

— То ведаю. Еже доберусь, мечом заколю, как свинью!

— Меч! Всё у вас, у литвинов, просто и грубо! Меч! — Лев неожиданно глухо рассмеялся. — Меч! — повторил он. — Нет, здесь, княгиня, хитрость нужна.

Он снял с гвоздика на стене связку ключей, начал перебирать её, поднёс к свету, шептал едва слышно что-то неразборчивое.

Альдона смотрела на него, с изумлением приподняв соболиную бровь.

— Вот! — наконец пробормотал Лев. — Нашёл. Тот ключ.

Он подошёл к окованному медью сундуку, открыл его, порылся, достал маленький ларец красного дерева с почерневшим от времени серебряным узором, поместил его на стол, вставил ключ, осторожно отпер.

— Здесь должна храниться одна грамотка. Вот она. — Лев сдул пыль и развернул харатейный свиток с вислой свинцовой печатью ливонского магистра. — Всё тут про Маркольтовы лихие делишки написано. Латыни разумеешь?

Альдона отрицательно мотнула головой.

— Тогда я прочту. Дай-ка сяду поближе к свету. Ага, вижу, понимаю. — Лев стал водить скрюченным перстом по харатье. — Та-ак! В общем, убил этот Маркольт одного латинского епископа и с награбленным добром скрылся. И за то требует магистр, чтобы помог ему Маркольт уговорить князя Даниила пойти войной на Литву. Иначе станет известно о злодействе Маркольтовом. Из-за этой грамотки Констанция и заставила Маркольта себе помогать. Так вот, княгиня Альдона. Возьми грамотку, и отошли её в Ливонию. Нынче у орденских немцев новый магистр, не знает он, верно, ничего о Маркольте. За давностью лет многое забывается. Думаю, прочитав грамотку, не обрадуются немцы. А ты ещё и напиши: наказать, мол, убийцу следует. И тогда, помяни моё слово, не станет вскоре Маркольта. У ордена длани длинные.