— Говорят, что победителей не судят, — усмехнулся Сталин. — А битву в операции «Цитадель», которую так широко и хвастливо рекламировали генералы вермахта во главе с Гитлером, выиграли наши бойцы и командиры. Это главное!

У Ватутина мелькнула мысль: а что, если сейчас попросить Верховного вновь помочь фронту танками? Потерями он поинтересовался, а о том, что их нужно восполнить, ни слова. Командующий заколебался. Верховный заметил это.

— Товарищ Ватутин, вы что-то хотите спросить?

Смущение на лице генерала армии вмиг исчезло, и он сказал:

— Есть просьба, товарищ Сталин. Фронт нуждается в пополнениях танковыми резервами. Заявку в Генштаб мы послали, но как там решат, и мне знать неведомо.

— Дадим вам танки, — веско бросил Верховный. — Но надо стремиться лучше воевать и меньше терять боевые машины. Наш народ делает танки, себя не щадя, и мы обязаны ценить его героический труд. Кстати, у товарищей Рокоссовского и Конева меньше потерь в танках. Мотайте на ус, — шутливым тоном добавил Верховный.

— Слушаюсь! — слетело с губ командующего.

— Ну а теперь я хотел бы изложить задачи, которые поставлены перед Воронежским фронтом Ставкой. — Верховный приподнял брови. — Более подробно, товарищ Ватутин, вас введёт в курс дела генерал армии Антонов, когда вы пойдёте в Генеральный штаб. Я лишь заострю ваше внимание на узловых моментах наступательной операции, о которых говорил недавно с маршалом Жуковым... Кстати, он успел побывать у вас? — спросил Верховный.

— Да. За день до моего вылета в Ставку Георгий Константинович приезжал в наш штаб, и мы с ним обсудили ряд вопросов. Он передал ваше главное требование — наступать и наступать без передышки!

Верховный засмеялся, покачивая поседевшей головой.

— Что верно, то верно, — подтвердил он. — А вот как наступать — тут уж вам, товарищ Ватутин, все карты в руки. И соратникам вашим то же самое...

После беседы с Верховным у Ватутина появилось больше уверенности, что в предстоящих сражениях войска фронта вновь проявят себя. С этими мыслями Николай Фёдорович и летел обратно на фронт. Сидя в «Дугласе», он прежде всего вспомнил о генерале Ротмистрове. Вот уж кто обрадуется танковым резервам, если Верховный исполнит своё обещание!

«Надо позвонить Павлу Алексеевичу», — решил Ватутин, едва самолёт совершил посадку. На полевом аэродроме его встретил член Военного совета генерал Хрущёв. Был он в настроении, широко улыбался, отчего его полное лицо дышало свежестью.

— Как съездил, Николай Фёдорович? — спросил он, пожимая Ватутину руку.

— Удачно, Никита Сергеевич, — улыбнулся и командующий. — Ставка даёт нам танки, а это главное.