Когда Кристабель добирается до ресторана на встречу с Лизелоттой, та уже уходит.

– Если хочешь брать за камамбер почти тысячу франков, удостоверься, что твой персонал должным образом обслуживает посетителей, – громко говорит она, вручая Кристабель сумочку со своей собакой. – Подержите его, пока я привожу себя в порядок. – Она отвлекается, чтобы надеть перчатки и сдвинуть шляпу – ярко-красную геометрическую структуру – набок. – Вот. Идем.

Спускаясь по бульвару Сен-Жермен, Лизелотта забирает свою сумочку и говорит:

– Нельзя оставаться в разочаровывающих ресторанах, Клодин. Жизнь слишком коротка.

Она шарит под собачкой и достает связку ключей и конверт, которые передает Кристабель.

– Ключи от вашего нового дома. Адрес в конверте. Там же немного денег и новые документы. Квартира освободится этим вечером, когда мою свекровь оттуда удалят. Я буду иметь удовольствие проводить ее в Авиньон, где мы присоединимся к моему мужу.

– Вы уезжаете?

– Уезжаю. Моя свекровь возмущена неудобствами, созданными союзниками, я скучаю по мужу, и, что ж, те из нас, у кого есть немецкий акцент, вскоре потеряют популярность.

– Но вы работаете на американцев.

– Множество людей будет уверять, что работает на американцев. Я предпочла бы не участвовать в этом цирке. Вы не знаете, метро сегодня работает?

– Не думаю.

– Я прогуляюсь. Настала пора прощаться. – Лизелотта останавливается посреди тротуара и целует Кристабель в обе щеки, прежде чем вдруг протянуть руку в драгоценностях и положить Кристабель на щеку. Она кладет большой палец под подбородок Кристабель и вздергивает его выше. – Вот так, – говорит она. – Не опускайте. – Затем она разворачивается и деловито уходит по обрамленной деревьями улице, стуча по тротуару каблуками.

Кристабель смотрит, как Лизелотта удаляется, а затем заходит в ближайшую церковь, темное готическое здание со сводчатым потолком. Она садится на спрятанный за мраморной колонной деревянный стул для прихожан и аккуратно открывает конверт.

Внутри пачка наличных, которую она прячет под блузку, новые документы, согласно которым она работает театральным режиссером, и обернутая в записку брошка в форме лошади, которую часто носила Лизелотта. Несколько строк элегантным почерком – «Если не желаете ее, то продайте, но только за хорошую цену. Когда снова откроете театр, пригласите меня» – и адрес на острове Сен-Луи.

Возле нее появляется пожилой священник и вежливо спрашивает, может ли ей чем-то помочь.