Лео, когда Эдди впервые увидел его через неделю после прибытия в лагерь, вышел на сцену в тонком голубом платье, сшитом из крашеных носовых платков, ломком парике из упаковочного материала Красного Креста и с двумя перевязанными бечевкой соломенными косами. Он изображал Гэбби из «Окаменелого леса», играя на фоне декораций, которые смастерили из ящиков Красного Креста, используя реквизит, выменянный у немецких надзирателей, позаимствовавших его у городского театра. Тысячи людей, отчаянно нуждающихся в развлечении, стали благодарной аудиторией. Пришли даже надзиратели, они уселись в первом ряду.
– Уйма знакомых мне девушек могут кое-чему тут поучиться, – прошептал парень, сидящий рядом с Эдди, оценивающе осматривая Лео.
Тут. Поскольку что значит «он»? Он очевидно не женщина, но вместе с тем ему как-то удавалось практически не отличаться от женщины. Некоторые из парней, игравших девушек (не только в спектаклях, как узнал Эдди, но и во время серьезных танцев и чаепитий, время от времени проводимых в лагере), перенимали женские повадки, брили руки, ноги, мастерили из чего-то губную помаду и румяна, но Лео, несмотря на большой крючковатый нос и волосатые руки, требовалось лишь придать немного плавности суставам, позвоночнику, лишь осторожно поводить пальцами, и он превращался в одинокую, манерную, порывистую официантку в кафе на аризонской заправке. Следя за действием, Эдди почти чувствовал жар пустыни, запах жира от фритюрницы.
Эдди потом искал Лео, но почти не узнал его, когда они оказались вместе на помывке, несмотря на нос.
– Ты великолепно играл, – рискнул он. – Был раньше актером?
– Нет, стрелком-бомбардиром.
– Я имею в виду до раньше.
– Я понял, что ты имеешь в виду. Только в снах. У меня не хватало духа на пробы даже в школе. Но здесь почему бы и нет? Что я теряю?
– Ты потрясающий. Мой сосед сказал, что настоящие девушки могли бы кое-чему у тебя поучиться.
Лео сжал губы:
– Им нравится так говорить.
– Наверное, безобидная шутка, – осторожно предположил Эдди.
Лео коротко, вежливо улыбнулся:
– Может быть.
– Отчаянные времена, отчаянные решения?
– Для некоторых.
Эдди понизил голос почти до шепота:
– Бедолаги.