– Тебя искали, – сказала одна летчица, когда Мэриен села обедать в столовой Хамбла.

Она проглотила кусок запеканки из картошки и капусты.

– Кто?

В сентябре Мэриен несколько недель провела в Уайт Уолтеме, обучаясь летать на тяжелых двухмоторных самолетах класса-4, но потом ее вернули не в Ратклифф, а направили в Хамбл, в женский пятнадцатый отряд авиатранспортной службы недалеко от Саутгемптона, возле заводов Викерса «Супермарин», где «спитфайры» и двухмоторные истребители появлялись с постоянством яиц в курятнике. Город был симпатично занятный. Аэродром, затянутый промышленным смогом и окруженный заградительными аэростатами, располагался между рекой Хамбл и заливом Саутгемптон Уотер.

– Не знаю, – ответила девушка. – Я не видела. Нэнси просила меня передать.

– А где Нэнси?

– По-моему, улетела в Белфаст. Кажется, он приходил утром. Смелый, наверное, твой парень.

– У меня нет парня. Что-нибудь еще? Имя?

– Дай подумать. – Пытаясь вспомнить, девушка подняла глаза к потолку. – Нет, это все.

Другая летчица поздоровалась с ними и села. Мэриен задумчиво ела, не слушая разговор. Будь за столом Рут, она бы не позволила Мэриен уйти в себя, но Рут откомандировали в Уайт Уолтем, как раз когда Мэриен оттуда уехала, а по завершении курса отправили обратно в Ратклифф. Они опять оказались в антифазе, в основном по логистическим причинам, хотя относились к своей длительной разлуке по-разному. Рут писала Мэриен длинные письма, полные зашифрованной тоски и более откровенных упреков в, как она выражалась, стоицизме. Ответы Мэриен были краткими, деловыми, большей частью про полеты. Разумеется, Мэриен скучала по Рут. Но она заперла чувства на ключ. В соответствии со своей природой она продолжала жить дальше и думать о другом. Конечно, на Рут давило и беспокойство об Эдди. Скоро стало известно: он в немецком лагере для военнопленных. А потом пришла открытка Красного Креста от него самого, где говорилось, что он в шталаге «Люфт-1», больше ничего.

После обеда набежали облака, и около трех метеослужба отпустила летчиц до завтра. Мэриен уехала на мопеде. Большинство девушек жили в маленьких кирпичных коттеджах, но Мэриен выбрала гостиницу «Полигон» в Саутгемптоне, в семи милях. Ей хотелось держаться на расстоянии от отряда, иметь некое подобие личного пространства.

Неторопливо проезжая по Саутгемптону, уклоняясь от темно-зеленых джипов и грузовиков, полных американцев, которых прибывало все больше и больше, она думала, может, ее посетитель – Джейми. По сведениям Мэриен, он находился в Тихом океане, но она ничего не слышала о нем уже больше месяца. Последнее его письмо Мэриен получила из Папуа – Новой Гвинеи, где Джейми заживо пожирали москиты и он гнил от плесени. «Это что касается рая», – писал брат. Казалось, он свободно маневрирует по войне. Может, министерство ВМС решило, что художник нужен в Европе для фиксации скорого наступления. Всех американцев, собирающихся в Британии в расползшихся по всему южному побережью лагерях, несомненно, пошлют в дело, вопрос ближайшего времени.