Большой рукой Эдди обхватил Лео затылок и поцеловал.
Тот отпрянул:
– Кто-нибудь может войти.
– Кто-нибудь всегда входит.
Эдди считал, что Лео слишком стесняется их отношений. В лагере сложилось несколько пар, настоящих, и по большому счету их терпели, пока они соблюдали некое подобие приличий, для чего в переполненном лагере установилась довольно низкая планка. Были и другого рода отношения, например разбившиеся на пары обычные, бесполые, как старые девы, привязанные друг другу мужчины. Или серьезные отношения, основой которых служил исключительно совместный паек. Или чисто сексуальные связи между голубыми, между голубыми и петухами, между уступчивыми петухами. Те обменивались всяческими любезностями, разнообразными видами любви. Были еще мрачные, непонятные дружеские отношения, заканчивавшиеся недоразумениями, обидами и драками.
– После войны, – сказал Эдди, – я хочу первым делом найти комнату, чистую комнату, где не пахнет парашей…
– Сегодня больше обычного, правда?
– …Чистую комнату с кроватью, с чистыми простынями, с дверью, которая запирается и отпирается, и провести с тобой целую ночь. Я хочу быть совсем голым и не хочу спешить.
Лео потрепал его по щеке:
– Звучит заманчиво.
– И следующую ночь, и потом.