Подручные палача схватили его за руки и силой затащили на помост.

Дуниковский громко зачитал приказ войсковой старшины.

Модзелевского толкнули к чурбаку.

Загремела барабанная дробь, поднимая всё выше и выше… Палач примерился, взмахнул по-деловому топором — глухой стук качнул ряды гусар… И на мгновение замер весь плац.

Глава 15 ПОСОЛЬСТВО СИГИЗМУНДА

Глава 15

ПОСОЛЬСТВО СИГИЗМУНДА

Всё тот же 1609 год. Стоял морозный декабрьский денёк. Со дня казни бедного ротмистра Модзелевского под Смоленском прошло полторы недели. Вот только что, вчера, минул день Николы зимнего[72]. В Тушинском городке под Москвой царило необычное оживление, какое бывает разве что накануне светлого праздника. Однако внимательный взгляд сразу уловил бы за всем этим настороженное ожидание, с сутолокой и поспешностью приготовлений, обычными перед визитом непрошеных гостей.

На низкое крыльцо крестьянской избы в центре стана вышел бравый подтянутый полковник, наш старый знакомый, Александр Зборовский. Он небрежно поправил на голове высокую меховую шапку с изящным пером, молодцевато сбежал с крыльца и подошёл к жеребцу, которого держали под уздцы два дюжих конюха.

Серый черкесец игриво заплясал на месте и сунулся к нему.

Зборовский улыбнулся и ласково похлопал его по морде.

Жеребец оскалился, тряхнул сбруей, резко мотнул головой и легонько куснул его.

— Но-но, не балуй! — спокойно оттолкнул он его. С утра у него было прекрасное настроение, и его не мог омрачить даже вот этот неожиданный визит посольства короля.

Стукнула дверь соседней избы, и на крыльце показался князь Роман, опираясь рукой о трость. Выглядел он неважно. В глазах сквозили усталость и тоска, а тонкий чувственный рот непроизвольно подёргивала судорога. Уже месяц его мучил недуг: давало себя знать старое ранение, как раз сейчас, не ко времени скрутило его.

Увидев гетмана, Зборовский быстро подошёл к нему.

— Поезжай вперёд, Александр, — сказал князь Роман. — Встречай послов да покажи им наших!

— Добре, пан гетман! — откликнулся Зборовский и показал головой на выстроившихся гусар: «Смотри!»

Рожинский оглядел роту гусар и недовольно поморщился от раздражающей ряби в глазах из-за разномастных лошадей, красных и белых плащей, под которыми блестели латы и юшманы[73]. Во все стороны у гусар торчали ружья и пистолеты. Ну точно — рота смахивала на казачий табор. Унылый вид… Вот разве что у все, как на подбор имелись палаши, да ещё строй щетинился отменно копьями.

— Ладно, трогайте, — промолвил он и направился к саням, что стояли наготове подле крыльца.