"Ох, а вот этого не надо бы!"

Её поток слов прервал пан Юрий: он вошёл без стука в покои дочери.

— Доротея, оставь нас! — косо глянул он на племянницу, поняв, что та, вертихвостка, уже выболтала всё.

— Я не поеду туда! — заявила она отцу, когда гости и её служанки вышли из комнаты.

По её красным глазам и опухшему лицу пан Юрий догадался, что это решение далось ей нелегко. Но он знал свою дочь, её слабости, знал, с какой стороны надо подойти, нажать на её характер, чтобы тот не погубил её же интересы.

— Марина, доченька, я лелеял тебя и хотел видеть счастливой и богатой! Никогда ни в чём не упрекал, не просил и не настаивал. А сейчас молю, и на коленях: одумайся!.. Ноша царицы нелёгкая. Димитрий — государь! Вольность в его власти. Тебе же пускай послужит утешением величие, каким не сподобились твои сёстры… Подумай: земли Новгородские и Псковские перевесит ли вольность государя?

— Отпиши — пусть бросит! — со слезами вырвалось у неё. — Нет! Сошлёт — в келью! И помнил бы о чести царицы!

— Ладно, ладно! — поднял руки пан Юрий, соглашаясь во всём с ней. — Но Констанцию тебе встречать надо и быть на бракосочетании у короля!

— Нет! — резко ответила она.

По её тону он понял бесполезность уговоров и довольствовался лишь малым.

— Только ехать в Москву — обязательно ехать!

— Хорошо! — надменно процедила она, поджала тонкие губы, и у неё непроизвольно вырвалось рыдание: "Димитрий!"…

Пан Юрий украдкой перекрестился, вышел от неё и в передней комнате столкнулся с отцом Ланицием. Он не ожидал увидеть его тут и удивился: "Па-атер! Какими ветрами!"

— Государь послал в Рим, — скромно ответил отец Андрей.

Пан Юрий с любопытством оглядел патера, одетого в русского покроя монашескую рясу, с длинными волосами и бородой, и, на православный манер, с большим массивным крестом, висевшим на груди.

— Экий ты, однако! Ха-ха-ха! — бесцеремонно расхохотался он. — Схизматик, чистый схизматик!.. Как там тебя уже перекрестили, что ли!.. Хи-хи!..

Заметив на юношеском лице патера румянец смущения, он приложил к груди руку, извинился за дерзкие слова и быстро избавился от него.

— Иди, великая княгиня будет рада видеть тебя и услышать весточку от царя!

* * *

По тёмным лесным дорогам, далеко от столицы, ночью на рысях шёл большой отряд всадников. В сёдлах покачивались хмурые, сжившиеся с дальними переходами донские казаки. Они зорко всматривались вперёд и старались обострённым чутьём опытных воинов предугадать опасность, которая грозила со всех сторон в это страшное, разнузданное время, обрушившееся на Россию.