Глава 23. Поход грядёт

Противостояние

Противостояние

После Херонеи Филипп заметно изменился. Поначалу он намеревался проявить тиранию в управлении городами греков, склонивших перед ним повинные головы. Однако идея стать объединителем эллинской нации, лидером в противостоянии с Персией показалась ему выгодной. Победитель пошёл на мирные переговоры с побеждённым народом Греции, заявив, что в угоду общей цели ломать демократические вольности греков не намерен. Стало известно, что царь даже обзавёлся особым рабом, который каждое утро, как он проснётся, первым делом напоминал:

– Филипп, ты прежде человек, а уже потом – царь.

И пока раб трижды не повторял ему эти слова, царь не покидал спальни.

Филипп понимал, что без мира между суверенными греческими городами не бывать ему архистратигом, а без победы над Персией не властвовать над Элладой. А повелевать огромными пространствами, на которых проживают греки и македоняне, он может в одном случае – если будет между ними мир и согласие. Поэтому окончательно решил для себя, что не хочет быть «царём всех греков», при этом лидерства упускать не был намерен. Вот почему Филипп со всей значимостью занимался формированием армии, которой предстояло воевать с сильнейшей на тот момент державой – Персией. На это ушли месяцы, и вскоре военачальники сообщили ему о готовности выступать – греки и македоняне, как никогда, жаждали персидской крови…

Но царь всё не решался объявить начало похода. Семейные дела не отпускали. Во-первых, в Иллирии от справедливого гнева отца укрывался сын Александр, а в Эпире плела интриги бывшая супруга. Оставлять Македонию в такой ситуации было бы непростительной ошибкой. Иллирийские вожди, таившие на него обиду за приведение к покорности, приняли беглеца и теперь соображали, как поступить дальше, прислушиваясь к призывам Александра воевать с Македонией или возмутиться против тирании царя Филиппа.

А Филипп, занятый подготовкой армии, будто забыл об Александре! Он пока не придавал особой значимости поведению сына, на него он уже не рассчитывал как на преемника на македонском престоле. Он надеялся, как и вся Македония, что вот-вот появится сын от молодой царицы, которого он объявит своим наследником…

Но родилась девочка! Мать назвала ее Европой. Македонию сотрясали пересуды, как теперь поступит Филипп: если он отрёкся от Александра, тогда на кого же оставит царство на время похода? Не может македонский престол оставаться без наследника живого царя на время военных действий! Если что случится с царём, македоняне представляли, каковы будут последствия – заговоры, междоусобицы, война претендентов…