На сей раз Филипп пожелал получить дельфийский оракул перед войной с персами. В таком важном вопросе божественное напутствие необходимо. Без одобрения Аполлона поход придётся отложить до лучших времён, пока не получишь добрый знак. В Греции знают историю Креза, царя Лидии, который неправильно понял оракул: «Перейдёшь Галис – погубишь великое царство». Перейдя пограничную с Персией реку Галис, он потерял всё – армию, престол и стал рабом у Кира. Филипп будет осмотрительней…

* * *

Дорога из Пеллы к святилищу заняла три дня и три ночи. Страшиться разбойников или вражеских засад уже не приходилось, так как после Херонеи по всем городам стояли македонские гарнизоны. По этим обстоятельствам Филипп неспешно передвигался верхом в сопровождении двух всадников и вьючных мулов с дарами, имея возможность погрузиться в думы, которые, к сожалению, вызывали одни огорчения…

После возвращения Александра в Пеллу и формального примирения с ним Филипп подтвердил за ним права своего наследника. Но их отношения не наладились так, как хотелось обоим, в чём повинен был уже Александр. Конкретных причин по этому поводу Филипп не знал, приходилось догадываться…

Остерегаясь гнева отца в Иллирии, он обнаружил в себе силы и способность к самостоятельным решениям. С каждым днём, прожитым вдали от Пеллы, Александр всё более укреплялся в вере, что многое в своей жизни добьётся сам. Появилось убеждение, что царский престол – не такая уже дальняя мечта. Но не в Македонии! Отец полон сил, здоров, как племенной бык, а его женитьба на Клеопатре создала проблемы не для него, а для Александра. Если сын не хочет быть хвостом у быка, нужен другой путь. Будет случай, нужно ловить миг удачи… И вскоре, волею непредсказуемой судьбы, представился удачный момент…

Пиксодор, правитель Карии* и сатрап персидского царя, желая обрести самостоятельность, повёл тайные переговоры с Филиппом, надеясь на его военную поддержку. В преддверии войны Эллады с Персией такой союз македонского царя устраивал, и он уже планировал размещение группы греко-македонских войск на земле Карии. Пиксодор не возражал этому, но как временному состоянию и, чтобы союзный договор стал надежным, предложил ещё брачный договор, предложив руку своей дочери Арридею, слабоумному первенцу македонского царя от фессалийки Филлины. Это был отличный для военного союза вариант – породниться с македонским царём.

Царь Карии отправил в Пеллу посланников с таким предложением, а на тот момент Филипп в Македонии отсутствовал. Принимал их Александр, у которого неожиданно зародилась неплохая, на его взгляд, идея: а что, если предложить Пиксодору выдать дочь за него? Друзья царевича, с которыми он поделился – Гарпал, Неарх, Лаомедонт и братья Эригии, – поддержали его затею. Александр воодушевился, вернул посланников в Карию, отправив с ними своего друга Фессала, актера из Коринфа, в надежде на его красноречие и обаяние…