– Не перешить ли из Жениного пиджака нашей девочке юбку? Да и твоя шубка, котиковая, когда-то дивная, Женей купленная, совсем пообтерлась, а две шапочки выйдут, даже можно с ушками сделать…

Мама молчала. Чуть-чуть трещал язычок коптилки и снова слышался голос бабушки:

– Белый костюм его пропадает, а у нас жара и пыль…

– Ты, наверное, забыла, какую речь он произнес в нем Первого мая?

– Ну, как же! Все хлопали, кричали, встали, а духовой оркестр, как грянул – испугал всех.

– Вот! А он в нем потом чистил литейный двор на металлургическом заводе. Металлурги так старались, что Женя к ним присоединился. Когда мы плыли по Днепру через пороги и везли беспризорных детей в санаторный детдом, я всю дорогу его пилила за испорченный костюм.

Мама ворчливо еще что-то сказала, а бабушка вздохнула:

– Потому и не в чем было ему ехать на открытие Днепрогэса. Пришло приглашение, а он на торжество поехал в темном костюме, да еще в жару.

– Хорошо, что хоть сохранилась фотография, на которой Женя в белом костюме.

– А ты неправильно стройку называешь. Она тогда называлась Первенец первой пятилетки Днепровская гидроэлектростанция. Стихотворение помнишь, которое он все время повторял?

В деталях разговоров моих домашних и в смысле стихотворения прекрасно просматривалось Время, в котором жил мой отец.

2

2

Наверное, это стихотворение знал и тот человек, который взял псевдоним, схожий с фамилией и именем моего отца.

Статью я начала читать в троллейбусе, ничего не запоминая и не очень понимая. Отвлекало, гипнотизировало дергало все внутри то, что двух разных людей звали одинаково. Один из них был моим отцом. Но признаться честно, отцовское ушло в прошлое, отстранилось от моей памяти и жизни. Но в совпадении, одинаковости было что-то таинственное, тем более, что человек, о котором шла речь в журнале, был мне совершенно неизвестен.

Оказалось, что герой статьи родился в Германии. В одной из газет было напечатано: «Извещаем о рождении крепкого, жизнерадостного врага государства… И хотя он родился на немецкой земле, у него нет родины. Мальчик будет воспитан в рядах социал-революционой армии». Так заявили родители ребенка. Это был 1898 год.

Жизнь его сложилась крайне сложно, подстать веку. Отец – известный деятель российской и германской социал-демократии, легендарный миллионер, известный не только в Европе, но и за ее пределами – А. Л. Парвус – Гельфанд. Мать, по убеждениям социал-демократка, увозит сына в Россию, где строится первое, народное, невиданное в мире, государство.

Он окончил среднюю школу в Одессе в 1916 году. В 1919 году принимал участие в партизанской борьбе с белым движением и до двадцатого года оставался в белой Одессе на полулегальном положении. Летом 20-го года с продовольственным маршрутом в качестве конвоира со всеми осторожностями пробирается в Москву. В этом же году поступает на экономический факультет Петроградского университета. Далее, восемь лет, с 1922 по 1930 годы работает в Народном комиссариате иностранных дел. Широкую известность он получает, как журналист «Известий ЦИК СССР». В это же время он принят кандидатом в члены ВКП(б). В феврале 1935 года Евгения Гнедина назначают первым секретарем посольства СССР в Берлине.