— Странник! — позвала его Надуа из фургона, который помогала разгружать. — Что делать с этим?
В каждой руке она держала по бледно-желтому бруску металла — золота в слитках.
— Оставь! Слишком мягкое, чтобы лить пули. А вот свинец возьми!
Увидев, что женщины вместе с Глубокой Водой закончили работу, он снова дал короткий сигнал. Волшебный круг воинов начал распадаться. Следом за Волчьей Тропой они двинулись к холмам на юге и дальше в сторону Столбовой равнины.
Лен Уильямс наблюдал за их отходом в подзорную трубу. Вокруг раздавались облегченные возгласы караванщиков. Компаньон Уильямса внимательно посмотрел на него:
— Чего ты там высматриваешь, Лен? Думаешь, краснопузые вернутся?
— Нет, думаю, они ушли, Билл. Но вот погонщики у них какие-то странные. Кажется, это были женщины, и одна из них, похоже, белая. Пожалуй, готов поклясться, что она белая.
— Как думаешь, кто она?
— Не знаю. Но мой сосед из графства Лаймстоун все еще разыскивает свою крошку-племянницу. Ее угнали… лет десять назад, а то и больше. Ее звали Паркер. Синтия Энн Паркер. Ходят слухи, что ее видели в этих краях.
— Ха! Да команчи уже столько детей украли, что у них, наверное, половина племени белые.
— Пожалуй, ты прав. — Уильямс повернулся, чтобы пойти помочь с погрузкой фургонов. — Но все же не вредно будет рассказать об этом Джеймсу Паркеру, когда увидимся с ним.
Стояла середина марта тысяча восемьсот сорок шестого года. Надуа сидела перед своим типи и скребла шкуру. Собака, постаревшая уже настолько, что при кочевках всегда ездила на волокуше, нежилась под утренним солнцем. Время от времени она переползала вслед за пятном солнечного света, медленно двигавшимся вдоль изгороди из срезанных кустов, поставленной для защиты типи от ветра.
Куана играл в одну из своих любимых игр — на кривеньких ножках он подходил к Собаке и падал ей на спину, обхватывая ее руками, от чего у животного перехватывало дух. Со страдальческим вздохом Собака вставала, стряхивала с себя ребенка, переходила на другое место и, свернувшись как можно плотнее, укоризненно смотрела на Надуа. Куана смеялся и ковылял за ней. Ребенок постоянно требовал внимания, и Надуа обрадовалась, увидев Ласку.
— Ласка, спаси Собаку. Боюсь, она скоро не выдержит и укусит его.
Ласка подняла Куану на руки. Годовалый малыш был велик для своего возраста, грозя вот-вот стать неподъемной ношей для девятилетней девочки.