Светлый фон

Между тем останавливается двигатель № 4, и бортинженер его отключает. Таким образом, самолет летит только на двух двигателях, расположенных на левой плоскости крыла. Экипаж просит прямой заход на посадку и запрашивает противопожарные средства. Вскоре в кабину через систему кондиционирования проникает густой черный дым. Пилоты с трудом могут разглядеть приборы и визуально ориентироваться в полете.

Тяги не хватает, поэтому самолет идет на небольшой скорости со снижением. Пилоты стремятся добраться до полосы, но с каждой минутой это дается все сложнее и сложнее. Вскоре отказывает двигатель № 1. Теперь самолет летит на тяге одного двигателя. Когда экипаж понимает, что до аэродрома они не дотянут, пилоты опускают носовой обтекатель на 17˚для улучшения видимости и ищут внизу место для приземления.

Прямо по курсу расположилась деревня, рядом лес, за которым просматривалось вспаханное поле. Владислав Попов решает посадить самолет туда. Лайнер пролетает над лесом, задевая верхушки деревьев.

Из-за низкой скорости пилот до последнего старается держать нос самолета параллельно земле. В какой-то момент объятый пламенем ТУ-144Д выравнивается на высоте 3–5 метров и через несколько секунд с убранными шасси касается поверхности. Пропахав 600 метров влажной почвы, лайнер останавливается. Гордость советской авиации лежит в болоте и горит. Экипажу с большим трудом удается выбраться наружу. Вот только выжить суждено не всем.

При приземлении кабина экипажа сильно деформировалась как раз в том месте, где находились кресла бортинженеров В. Венедиктова и О. Николаева. В итоге оба погибли. Ту-144Д приземлился в 18:55, в Воскресенском районе Московской области, возле деревни Кладьково (ныне не существует) и недалеко от города Егорьевска. За исключением носовой части, практически весь самолет сгорел.

Позже командир экипажа Э. Елян вспоминал:«Какая злость у меня появилась после того, как понял, что машина горит и спасти ее невозможно… А бросить штурвал не мог. В последнюю секунду подумал, если машина развалится, то пусть хоть мои руки останутся с этим штурвалом… Думал, на кой хрен мне жизнь, если не смог, как командир, уберечь такой самолет…».

«Какая злость у меня появилась после того, как понял, что машина горит и спасти ее невозможно… А бросить штурвал не мог. В последнюю секунду подумал, если машина развалится, то пусть хоть мои руки останутся с этим штурвалом… Думал, на кой хрен мне жизнь, если не смог, как командир, уберечь такой самолет…».

Многие еще не забыли о недавней трагедии в Ле-Бурже, как снова произошла катастрофа. В очередной раз ОКБ Туполева пришлось доказывать нужность и перспективность своего самолета. Несмотря на то, что аварию потерпел самолет Ту-144Д, Аэрофлот приостановил все полеты самолета Ту-144С. Начался тщательный осмотр всех имевшихся машин, который закончился 29 мая подписанием соглашения между ОКБ Туполева и замминистра гражданской авиации о возобновлении пассажирских перевозок. Однако рано утром 30 мая министр гражданской авиации Бугаев (некоторые называют его основным противником Ту-144) отменил это решение, и вместо Ту начал летать Ил-62.