– Хорошо, тогда вообще не будем поднимать эту тему и просто хорошо проведем день. Захвати с собой хлеба, если сможешь, у меня есть рыбный паштет и куча слив и клубники. Ну, пока, – сказала она почти весело, словно они собирали полевые цветы или что-то в этом роде, и убежала в ночь.

Энт пошел за ней по дороге, подняв лицо к небу и ощущая на коже прохладный ветерок. Ночь стояла темная и безлунная, но он успешно преодолел и извилистый путь к дому, и ступеньки крыльца – он уже привык ходить в темноте, хотя раньше и боялся ее. Войдя в дом со стороны дороги, Энт обнаружил свою тетю – она смотрела на крыльцо через открытую дверь. Руки ее лежали на бедрах, и она слегка согнулась, словно хотела наклониться вперед, но не смогла.

– Привет, тетя Дина.

Она не слышала, как он вошел, и только сейчас медленно повернулась к нему, хотя он по-прежнему не видел ее лица.

– Дорогой Энт… да, конечно. Как все прошло?

– Просто замечательно. Преподобный Гоудж сказал, что мне нужно задуматься… Вы в порядке, тетя Дина?

Посмотрев на нее, он первый раз в жизни понял, что означает выражение «бледный, как полотно». Кожа ее была жуткого мертвенно-белого цвета и выглядела так, словно принадлежала старухе. «Я бы не узнал ее, если бы увидел на улице», – подумал он.

– Прости, что мы не пришли, дорогой Энт. Мы были дома, но мне следовало прийти.

– Что случилось?

Он осмотрелся вокруг. Чувство эйфории ослабло, и он впервые заметил, какой беспорядок царил в гостиной. На полу валялись два разбитых вдребезги стакана, погнутые и сломанные очки тети Дины лежали на книге, выглядевшей так, будто ее топтали ногами. Диванные подушки кто-то разбросал, а огромный деревянный радиоприемник повалился набок и прерывисто шипел в пространство. Все коробки были открыты, а их содержимое вывалено на пол.

Дина ничего не говорила. Энт бросился к книге и поднял ее очки.

– Тетя Дина, – сказал он, подав их ей, и увидел капли крови на старых потрепанных диванных подушках.

– Что это такое? – спросил он. – Вы порезались?

Больше всего его пугала ее неподвижность – она застыла, как ледяная скульптура.

– Что произошло? Что вы сделали?

Наконец, она ответила:

– Она обманула меня. Она пыталась заставить меня, но я не поддалась. – Она посмотрела на него. Лицо ее выглядело изможденным и несчастным. – Мы поругались.

– Из-за чего?

– Из-за правды. Я больше не могу. Ты должен простить меня, Энт, я тебе лгала. И я лгала… – Она вытерла нос рукавом, совсем как ребенок. – О многих вещах…