— Катарина, я хочу помочь, — твердо и решительно произнес он. Непрекращающийся ливень едва позволил донести его слова. — Пойдем в машину. Ты промокнешь.

— Скольким девушкам из России ты так говорил? — с недоверием бросила я ему, накрыв промокшие волосы капюшоном пальто. — Сколько прошли через ваши с Кристофом руки?!

На его лице отобразилось полное недоумение, но спустя секунду сменилось злостью и хмурой непоколебимой решимостью.

— Ты поверила этому ублюдку?!

— Я не знаю, кому мне верить, господин оберштурмбаннфюрер! — сквозь слезы воскликнула я. — Вокруг все лгут! И ваши, и наши! Все словно помешались на лжи, и я… я запуталась.

Глаза его благодаря ярким фарам были такого манящего темно-синего оттенка. И мне хотелось громко взвыть только лишь от того, что меня продолжало тянуть к нему.

— Ты, наверное, меня ненавидишь. Я бы точно ненавидел, — вдруг заговорил он тихим и на удивление спокойным голосом. — Но я правда не желаю тебе зла.

— Я много чувств испытываю сейчас. И уж поверь, ненависть там тоже имеет место быть, — я усмехнулась, вытирая лицо то ли от холодного дождя, то ли от горьких слез. — Но больше я ненавижу себя! Я сражалась за тебя с самой собой все эти месяцы! Уверяла себя, что я самый настоящий предатель родины! Изо дня в день мне сводило мышцы от того, что не перестаю о тебе думать! Все вокруг твердили, что ты как-то по-особенному ко мне относишься… и я в конце концов поверила в это… А ты начал играть в какие-то игры со мной… то раскрываться, то отдаляться от меня и так до бесконечности! Я начинала думать, что сошла с ума! А ты говорил, что мы не должны видеться из-за Кристофа… А потом я узнаю, что ты женишься на фройляйн Хоффман! Что я должна думать?! Ты просто игрался со мной как с котенком и…

Его глаза источали холодное равнодушие, но одновременно обжигали яростью. За считанные секунды он преодолел расстояние между нами и требовательно схватил меня горячими пальцами за подбородок, вынуждая взглянуть ему в лицо. Не помню, сколько мы стояли в таком положении, пожирая друг друга глазами. Но в какой-то момент он притянул меня к себе. Его губы по-хозяйски накрыли мои, отчего я на мгновение задохнулась то ли от неожиданности, то ли от приятного волнения. Мышцы во всем теле напряглись, сердце застучало в груди неприлично быстро, а коленки вмиг задрожали, словно у испуганного зайца.

Я не осознавала сон это был или самая настоящая явь.

В конце концов, я и не заметила, как распахнула губы и робко ответила на поцелуй. Чувства, что так тщательно контролировала последние месяцы, в миг вырвались наружу. На наши лица беспощадно падали холодные капли дождя и тут же сливались с моими горячими слезами. Я мысленно представляла, как они стирали все условности и правила, ставшие настоящей преградой меж нами. В голове отчаянно кричали мысли: «нельзя! Так быть не должно! Это предательство!».