— Так и надо тебе, грязная русская девка! Работай на благо Третьего Рейха!

— Що эти фашисты там балакают? — спросила Галька запыхаясь. Она бросила на землю очередной булыжник, громко выдохнула и стерла пот со лба. — Ироды проклятые.

— Не обращай внимания, Галя, — постаралась утешить Верочка, подхватив камень поменьше. — Это мальчишки из Гитлерюгенда. Они злые очень и лучше не попадаться им на глаза.

— Тонька, ты в порядке там? — спросила Надежда. Девушка остановилась на мгновение, чтобы хоть немного выжать подол платья.

— Эти зверюги мне чуть хребет не сломали! — пожаловалась Тоня, изобразив болезненную гримасу.

Но как только я хотела было сказать Верочке, чтобы та не подходила к забору, ей в голову прилетел очередной «привет» от озлобленных немцев в виде не хилого булыжника. Она тут же схватилась за затылок и упала на колени прямо в грязь, а выходцы из Гитлерюгенда разразились новой порцией смеха. Мы с остальными девушками как одна охнули и невольно побросали все булыжники из рук.

— Та щоб вам пусто было, фашисты проклятые! — с ненавистью прокричала Галка.

Наденька и Тоня тут же подбежали к Вере, помогли ей подняться с колен и увести в относительно безопасное место. Я же, разгневанная подобным поведением, молниеносно подбежала к забору и встала напротив тех извергов. С минуту прожигала их злобным взглядом, пока они смеялись как лошади, задрав головы, и хватаясь за животы.

— Чего уставилась, русская свинья?! — завопил один из них.

— Как ты смеешь смотреть на нас?!

— Иди работай, бестолковая русская девка!

От возмущения я едва не подавилась собственной слюной.

— Закройте свои грязные рты, чертовы нацисты! — со всей силы прокричала я, и быстро схватила первый попавшийся камень. — А ну валите отсюда… вы… маленькие, мерзкие…

Двое мальчиков невольно отпрянули назад с недоуменными перекошенными лицами. Но тот, что был посередине — особо упертый и стойкий — продолжил прожигать меня взглядом, полным жгучей ненависти.