– Растет не по дням, а по часам. Я нашла отличную няню, так что…

– Скорее бы с ним познакомиться! Может, ты его как-нибудь приведешь?

– Посмотрим. А у вас что новенького? Как Майк, справляется?

– Майк? Открытие офиса прошло на «ура» – жаль, тебя не было. Ты ведь, кажется, на той неделе рожала?

– Точнее, в тот самый день.

– К тому же… Стиви, ты так здорово здесь все наладила, собрала такую классную команду, что ему особо не пришлось вникать в повседневную рутину. В основном он занимался новыми европейскими проектами и постоянно мотался в Нью-Йорк.

– Ясно. Наверное, ему будет грустно с нами расставаться.

– Ну да… Черт, сколько времени? У меня назначена встреча в клубе. Мы же с тобой еще пообщаемся на послеобеденной планерке?

– Конечно.

Все утро я встречаюсь с коллегами, мы обмениваемся новостями, но все разговоры почему-то резко прерываются из-за очередного форс-мажора. «Постараюсь не воспринимать это на свой счет», – шучу я, в очередной раз услышав историю о жалобе клиента, о прорванной трубе или, еще хлеще, о внезапно заболевшем родственнике. В общем, о чем-то, требующем немедленного реагирования. Я достаю мобильник и просматриваю последние сообщения от Йонны: Эш с улыбкой до ушей сидит возле моего старого телефона на колесиках, его черные глаза сияют; Эш спит под своим лоскутным одеялком. Я испытываю легкие угрызения совести – меня нет рядом, не должна ли я сейчас быть там? – и в то же время спокойствие и гордость.

Дело идет на лад, когда ближе к обеду, пройдя три минуты по улице, я захожу в клуб и Дин радостно меня обнимает и целует в обе щеки («Я уже совсем оевропеился!»), а затем проводит по всему офису, словно приехавшую с визитом знаменитость. «Это наша леди-босс. Только что родила, но разве по ней скажешь? Посмотрите, как она шикарно выглядит!» Я болтаю с клиентами, которые взахлеб рассказывают о клубе, о полезных знакомствах, которые они здесь завели, о новых идеях. «Да, – улыбаюсь я направо и налево. – Да». Такое ощущение, что их слова разлетаются по воздуху, сталкиваясь и лопаясь, будто мыльные пузыри. А потом Дин говорит: «Стиви, как же я по тебе соскучился! Ты даже не представляешь, как мне нравится здесь работать».

Это напоминает мне первые месяцы после открытия нью-йоркского клуба – или, скорее, «матовую» версию того времени, потому что Нью-Йорк всегда такой глянцевый и бурлящий, а люди там похожи на породистых скакунов с блестящей гривой, большими глазами и безупречной кожей. По крайней мере, мне они запомнились именно такими. Боже мой, как давно это было!.. Лондон совсем другой; лондонцы так не сияют и не брызжут энергией, здесь не принято говорить слишком громко или проявлять чрезмерный энтузиазм – иначе тебя посчитают странным.