Джонатан решительно ковыляет среди водорослей, с карманами, набитыми камнями. Мальчик, который позже рассказывал на уроке древнюю историю о том, как расплавленная порода нагревалась и слишком быстро охлаждалась, камень сжимался и образовывал трещину, через которую просачивался горячий раствор, превращаясь в кристалл[54]. Позднее молодой человек, чья история о камне желаний путешествовала вместе с ним. Он присылал мне по электронной почте фотографии пляжных произведений искусства с рабочих мест по всей Великобритании.

Когда мне вернули сумку с его фотоаппаратом, я только через много месяцев смогла просмотреть чипы данных, спрятанные в потайном кармане. Не только фотографии, но и короткие видеоролики. Кадр шаткий, как и его письмо, где он расположил камеру на какой-то неровной поверхности. Он держит недавно найденные камни близко к камере. Галька всех форм и размеров из сланца, песка и долерита, но все с идеальными кварцевыми экваторами. Британской зимой он босиком в одной футболке строит большие извилистые скальные линии в заливе Чиппел и пещере Святого Ниниана, Англия. Создание древних лабиринтов с пятью витками вдоль Файф Костал Пат в Шотландии. И последнее видео, которое он снял в Оксвич-Пойнт в Южном Уэльсе: он шаг за шагом объясняет, как нужно укладывать камни. Последний кадр – золотисто-желтый закат, освещающий большую спираль.

Над водой золотое солнце падает в бледно-голубую полосу. Море золотится светом. Я сижу и изучаю спираль, как произведение искусства в галерее. Меняю ракурсы, внимательно присматриваюсь. Я следую инструкциям Джонатана. Размещаю камни рядом друг с другом таким образом, чтобы каждая жилка кварца в каждом камне соединялась со следующей одной непрерывной линией. Линия скручивается и вьется, ловит свет. Я обвожу кварцевую полосу пальцем. Это не веревка, за которую можно держаться, а один яркий стежок, скрепляющий кусочки. Фрагменты прошлого, удерживаемые настоящим, связанные одной сверкающей нитью.

Прилив приближается. Мое произведение искусства скоро будет разобрано, рассеяно, часть его смоет в каменные ямы и в водоросли, другую часть поглотит океан.

В детстве Джонатан аплодировал океану, смывавшему его пляжные картины. А я беспокоилась. Какой ребенок не заплачет и не впадет в истерику, когда то, что он построил, разрушается? Но пятилетний сын прыгал и хлопал в ладоши, а вода обволакивала его лодыжки.

Как только я сажала его в машину, он засыпал. С камнями желаний, зажатыми в каждом кулаке.

Я достаю из кармана его шкатулку с сокровищами, переворачиваю ее в руке, большим пальцем прослеживаю кварцевую жилку. Мириады сверкающих кристаллов заполняют трещины, образовавшиеся под давлением.