В начале XX в. модель культурно-исторического типа еще развивалась, но были и параллельные картины цивилизаций. Например, Л. Карсавин, близкий к евразийцам, предложил концепцию восприятия народа как единого тела: «Можно говорить о теле народа… Мой биологический организм — это конкретный процесс, конкретное мое общение с другими организмами и с природой… Таким же организмом (только сверхиндивидуальным) является и живущий в этом крае народ. Он обладает своим телом, а значит, всеми телами соотечественников, которые некоторым образом биологически общаются друг с другом» [414].

Конечно, здесь термины «тело», «биологический организм» употреблены как метафоры, но выбор метафор, тем более таких жестких, отражает укорененные представления. Устои системы культурно-исторических типов непрерывно изменяются и распадаются, хотя иногда мы это не видим. Это проблема власти, политики и общества.

Вот пример. После крестьянских волнений 1902–1907 гг. либеральная элита качнулась от «народопоклонства» к «народоненавистничеству». Кадет и известный культуролог М. О. Гершензон писал в книге «Вехи»: «Каковы мы есть, нам не только нельзя мечтать о слиянии с народом, — бояться мы его должны пуще всех казней власти и благословлять эту власть, которая одна своими штыками и тюрьмами еще ограждает нас от ярости народной» [415].

С другой стороны, в России необычно быстро масса общинного крестьянства организовалась, соединенная новым мировоззрением и сетевой коммуникацией. Кризис долго развивался и соединился в сложный синтез — гражданской «холодной войны», революции и подготовки других двух революций. Вектор движения России был в другую сторону от капитализма (см. [416]). И ведь в то время население России состояло на 85 % из крестьян! Да и городские рабочие были еще наполовину крестьяне. Это общество было совершенно иное, другое, чем в Европе и Америке.

В 1880-е годы народники развили концепцию некапиталистического («неподражательного») пути развития хозяйства России. Это была сложная концепция, соединяющая формационный и цивилизационный подходы. Народники прекрасно знали марксизм, многие из них были лично знакомы с Марксом и находились с ним и Энгельсом в переписке. И народники, и крестьяне старались «обойти капитализм».

Откуда взялись декреты советской власти и сама идея национализации земли? Они взялись из тех представлений общинного крестьянства, которые вынашивались в течение примерно 30–40 лет. Уже в «Письмах из деревни» Энгельгардта (80-е гг. XIX в.) видно, как в крестьянской общине вырабатывалось и совершенствовалось представление о благой жизни, а потом (в 1905–1907 гг.) излагалось эпическим стилем в виде наказов и приговоров. Из наказов и брали эти представления эсеры и большевики. Как мог стать Толстой «зеркалом русской революции», если бы крестьянские чаяния не превратились в развитое мировоззрение?