Со времени убийства Мангаса Колорадаса в 1863 г. чихенне жили отдельно от других чирикауа в «постоянной» резервации в самом сердце своих исконных земель – в Каньяда-Аламоса в Нью-Мексико к западу от Рио-Гранде. В отличие от остальных чирикауа, чихенне ощущали глубинное родство со своей землей. И не случайно. В Каньяда-Аламоса они не нуждались ни в чем. Животные водились там в изобилии. Земля была полузасушливая, но климат умеренный. Заболевая (что случалось редко), чихенне отправлялись вверх по каньону к горячим источникам Охо-Кальенте (они же Уорм-Спрингс для белых американцев) искать излечения в таинственной целебной силе минеральной воды. Именно там, у Охо-Кальенте, согласно верованиям чихенне, в незапамятные времена они переняли у своих божеств обряды и учения, определяющие их как общину.

Однако и на солнце Охо-Кальенте имелись пятна. Жизнь в этом подобии рая не искоренила у чихенне глубинную тягу всех апачей к набегам, поэтому они регулярно прокатывались ураганом по северной Мексике. Для сбыта трофеев требовалось безопасное место, и с их подачи подпольные мексиканские и американские торговцы выстроили в Каньяда-Аламоса целый поселок. Свою выгоду получали обе стороны – ровно до тех пор, пока в дело не вмешался Винсент Колиер. Во время своего миротворческого тура секретарь Совета уполномоченных по делам индейцев в 1871 г. наведался в резервацию Охо-Кальенте. Считаться с любовью чихенне к своей земле этот догматик не собирался. Как и другие гуманисты из восточных штатов, он полагал, что «диких» индейцев необходимо обучать пахоте и держать в изоляции, пока они не «цивилизуются». Обнаружив в Каньяда-Аламоса явный недостаток пахотной земли и избыток всякого приграничного бандитского сброда (тех самых торговцев, которые выменивали у чихенне их добычу), Колиер постановил закрыть резервацию, а чихенне переселить в долину Тулароса, в полутораста километрах к северо-западу от Каньяда-Аламоса. Он вбил себе в голову, что лучшего пристанища для чихенне, чем эта долина, не сыскать: «в отдалении от поселений белых, окруженная горами, труднодостижимая, [к тому же там] достаточно пахотной земли, хорошей воды и много лесов». Чихенне пришли в негодование. Колиеров рай был для них адом – земля, утыканная бесплодными горами и изъязвленная зловонными болотами, легендарное логово злых духов, которые насылают на чихенне погибель. Решение Колиера осудила и армия – как несправедливое и к тому же опасное, поскольку в бесчисленных ущельях и каньонах Туларосы враждебные индейцы могли скрываться без всякого труда.