Колороу остался доволен итогами первого дня сражения на Милк-Крик. «Все будет как надо, – заверил он воинов, когда они пристрелили последнюю армейскую лошадь. – На вонь слетятся большие, жирные синие мухи. На гниющей конине они разжиреют еще больше, и когда солдатам нечего будет жрать, пусть жарят этих мух». Ночью по долине кружили ледяные вихри, по земле барабанил мокрый снег с дождем. Воины в большинстве своем уже утратили запал и постепенно разбредались. Три дня спустя на поле боя оставались только Колороу с шестьюдесятью сторонниками. Юты больше не настроены были сражаться – если бы солдаты двинулись из резервации, им никто бы не препятствовал.

Но к солдатам, наоборот, стягивалось подкрепление. 2 октября в долину Милк-Крик рысью вошла рота «Д» 9-го кавалерийского полка, патрулировавшая Средний Парк. Опешив не столько от опасного поворота событий, сколько от необычного цвета кожи прибывших, юты приостановили стрельбу и пропустили Солдат Буффало за выстроенные Пейном баррикады. Уцелевшие солдаты были рады и благодарны подмоге любого цвета, а потому отбросили на время свои предубеждения. «Мы сидели с этими черными в одних окопах бок о бок, такие вот дела, – вспоминал один солдат. – Мы позволяли им ложиться спать с нами рядом, они отрезали ломти бекона своим ножом с той же стороны, что и мы»[457].

Зато полковника Уэсли Мерритта, ступившего в долину на рассвете 5 октября во главе четырех рот 5-го кавалерийского полка, встретили с восторгом и безоговорочным ликованием. Его колонна покрыла 200 км от Ролинса за 48 часов, и лошади при этом были почти такими же свежими, как в самом начале пути. Полковник объяснял эти успехи строгой дисциплиной и тщательной заботой о лошадях и людях – именно в таком порядке[458].

Мало кто из ютов присутствовал при прибытии Мерритта, еще меньше воинов стреляло по солдатам. Большинство сгрудились у подножия холмов, чтобы увидеть Джека. Он вернулся на место сражения поразмыслить над письмом от Юрэя, умоляющего немедленно прекратить военные действия. Хотя юты Уайт-Ривер не подчинялись вождю анкомпагре, Джек все же использовал письмо как необходимый ему рычаг воздействия и 5 октября предложил перемирие. Мерритт согласился при условии, что юты пропустят его к агентству. Не подозревая об учиненной там кровавой расправе и о похищении жены и дочери Микера, Мерритт позволил ютам беспрепятственно покинуть поле боя – об этой капле великодушия он потом сильно пожалеет. Джек и его воины устремились на юг, в горы, где и остались дожидаться своей участи вместе с Дугласом, Джонсоном и белыми пленницами[459].